Бархатный сезон

Вы о себе по ложной скромности почему-то не напомнили, а мои аппаратчики прошляпили, не доложили, как положено. Но будьте, уверены, я с них взыщу, чтобы впредь неповадно было…

– Не в моем стиле обивать пороги высоких кабинетов,– ответил я.– Не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал. Вы уж, пожалуйста, никого не наказывайте.

– Эх, Жарков, милосердный вы человек,– вздохнул чиновник.– Именно таким я вас себе и представлял. Вы, писатели, поэты, художники – народ свободолюбивый, своенравный. Я вам по-доброму завидую, что вы можете себе многое позволить, а на государственной службе без железной дисциплины невозможно, иначе не ты аппаратом, а он тобою управлять станет, превратит в марионетку.

Особенно сейчас в кризисное время нужна твердая рука. Подчиненные должны работать в поте лица своего. У чиновников ведь зарплата раза в четыре-пять выше, чем у простых рабочих на производстве.

– Значит, вы руководите методом пряника и кнута,– усмехнулся я.

– Другие методы не дают эффекта, сознание подчиненных еще не достигло зрелости и прогресса,– ответил Ланцюг.

 – А перед вами я испытываю вину за то, что не позаботился, не создал нормальных условий для творческого труда. Знаю, как сейчас туго живется прозаикам, поэтам. Журналисты еще кое-как перебиваются, пристроившись в коммерческие издания, а вот у писателей хлеб труден и горек. Издательское дело в стране загублено, убыточно. Всего четыре книги издает в год на человека. Стыд и позор, а когда-то советский народ был самым читающим.

– Вы и об этом знаете? – с напускным удивлением произнес я.

– Такая у меня работа обо всем знать и иметь свое мнение,– не без гордости заметил он. – Коль мне доверили этот пост, то я отвечаю за все, что происходит городе. Жаль, что только сейчас удалось познакомиться. Но лучше позже, чем никогда. Постараюсь с лихвой компенсировать дефицит внимания к одному из представителей славной интеллигенции. Окажу и материальную и моральную поддержку.

– Мне благотворительность ни к чему,– возразил я.

– Привык честным трудом зарабатывать на жизнь.

– Влад Алексеевич, не темните, не скромничайте,– усмехнулся Ярослав Гордеевич.– Знаю о ваших жалких гонорарах.

– Откуда?

– Из налоговой администрации сведения предоставили. Наверное, на бумагу и чернила денег не хватает. А чтобы издать новую книгу, надо выложить не менее семьсот, восемьсот, а то и тысячу долларов. Да потом самому еще суметь реализовать книгу и все равно себе в убыток.