Протокол допроса: Крыса в норе

После Сталинграда и Северной Африки[4 - Сталинградская битва (17 июля 1942 года- 2 февраля 1943 года) – одно из важнейших генеральных сражений Второй мировой и Великой Отечественной войн между Красной армией и вермахтом при поддержке армий стран «оси», закончившееся победой Вооружённых сил СССР.Война в Северной Африке – боевые действия в Африке между англо-американскими и итало-немецкими войсками.] фюрер заявил, что даже германский народ не оправдал его надежд.

– Я хотел задать вам один вопрос, адмирал.

Вы бываете в ставке часто.

Канарис понял, о чем желает спросить Штольце. У фюрера обнаружились симптомы болезни Паркинсона. Эти слухи беспокоили многих в руководстве Германии.

– Вы о болезни фюрера?

– Да. Ходят слухи…

– Доктор Кринис[5 - Макс де Кринис – личный врач Адольфа Гитлера.] и профессор Брандт[6 - Карл Франц Фридрих Брандт – рейхскомиссар здравоохранения, личный врач Адольфа Гитлера, военный преступник. По образованию врач-хирург, профессор. Член НСДАП.] сделали заключение, что у фюрера наступило хроническое перерождение нервной системы.

Во время своих речей на публичных выступлениях фюрер выкладывается на полную. Это истощает его.

– Что врачи?

– Фюрер не слушает ни Брандта ни Криниса. Он обратился к доктору Морелю. А Морель[7 - Морель Теодор Гилберт – личный врач Адольфа Гитлера в 1936–1945 годах.] считает, что симптомы болезни связаны со способностью фюрера к массовому внушению.

– А что другие врачи из окружения фюрера?

– Мюнхенский врач доктор Гудбарлетт, ныне принадлежащий к самому близкому окружению фюрера, верит в «звездный маятник» и считает, что фюрер непогрешим.

Это мессия, который приведет германский народ к победе. Только самому этому народу нужно сплотиться вокруг фюрера и выполнять его волю.

– Но разве доклад о положении дел в нашем тылу не заставит фюрера пересмотреть некоторые аспекты нашей политики?

– У вас есть аргументы, Густав? Аргументы, которые смогут убедить фюрера?

– Я много беседовал с двумя русскими, что живут ныне в Германии и сотрудничают с нами.

– Снова русские, Густав. У вас нет иных примеров?

– Но именно война с русскими самая тяжелая для рейха, адмирал. Потому я выбрал этих двоих. Люди они совершенно разные. Один бывший полковник Красной Армии, а второй простой солдат.

– Солдат?

– Я не знаю точно его звания в Красной Армии, но он никогда не имел высокого чина, а в гражданской жизни был инженером путей сообщения.