Агентесса. Королевский гамбит

Особняк был выбран Петровым с Башировым, во время последней командировки и принадлежал местному священнику, которого переводили на повышение в столицу.

Сторговались не без труда. Немецкий поп оказался скрягой, хоть и выглядел солидно. Заломил, сволочь этакая, как за Notre-Dame de Paris.

Разведчики-нелегалы понимающе переглянулись – предстоял торг. Не впервой.

«Тоже мне испугали ежа голой задницей, и похлеще задачи решали», – и это была правда. Не далее, как месяц до описываемых событий парочка втюрила одному из арабских шейхов надувную женщину за кругленькую сумму, прямо в гарем.

Примерно час они спорили и проклинали тот день и миг, когда судьба свела их со скрягой и проходимцем, которого непонятно как до сих пор земля носит.

В ответ ими было выслушано примерно то же самое, – дань традиции.

При этом обе стороны знали, что рано или поздно, они договорятся, что и случилось.

Аванс в размере тридцати процентов от оговорённой суммы передали немцу с подписями. Бумаги заверили у местного нотариуса – всё чин по чину, с германской педантичностью.

Сфоткали внутренний интерьер, постройки, даже курятник и собачью будку с его обитателем, мужского собачьего полу.

Недвижимость оформлялась на молодую леди, которая в денежных делах ничего не смыслила, чем и пользовались два Schwul-я (проходимцы) – представляющие её интересы.

В Москве остались довольны, но:

– Я не наблюдаю отхожего места ни в доме, ни рядом с ним, – заметила Катерина, внимательно изучив снимки.

– Что? – не понял Петров, его с Башировым срочно вызвали в кабинет к генералу.

– Где расположен Klosett? – раздражённо повторила будущая хозяйка особняка. – Сортир! Теперь ясно?

Действительно, эта часть домовладения на фото не была запечатлена вообще. Его не было даже на техническом плане, который расторопные разведчики прихватили с собой.

Затевать стройку, с подводом коммуникаций с кучей согласований, разрешений, экспертиз, – прямая дорога к провалу. Светиться не стоило.

Возникла щекотливая ситуация.

Генерал смотрел на агентов, что тот удав «Каа» на бандерлогов, ещё советской экранизации.

В воздухе запахло жареным.

– Я напишу письмо хозяину и попрошу его прояснить этот нюанс, – предложила Катерина, чем сняла огромную каменюку, уже нависшую над приятелями, да и над генералом, похоже, тоже.

Козлова, большую часть своей карьеры провела в утончённом обществе, «золотой» забугорной молодёжи и это наложило свой отпечаток.