Агентесса. Королевский гамбит

Отвечу:

– Только в постели и только в пору моей молодости, когда эпиляция в интимных местах была ещё не так распространена, как в наше лихое время.

Я не зря, описывая, Катюшу вспомнил о Горгоне, которая, к слову, была тоже ослепительно красива. Оболочка обманчива, так что при желании она могла Джеймса Бонда скрутить в бараний рог, но зачем? – она ведь Женщина, а значит, опасна вдвойне.

Учась ещё на первом курсе Академии, её занесло в провинциальный городок, где свирепствовал некий сексуальный маньяк.

КГБ с МВД не дружат априори, но как-то так уж сошлись звёзды, что юную практикантку, работающую, кстати, под прикрытием, обязали прогуляться по-вечернему Мухосранску (я так условно назову этот провинциальный городок, чтобы не раскрывать тайну).

Прикрытие в виде амбала двухметрового роста со взглядом голодного людоеда у неё было, но отлучилось по естественным причинам в ближайшее заведение «М-Ж» и застряло там основательно и надолго. Вчера была получка, и индивидуальные особенности организма, сыграли свою роковую роль.

Умостившись попой на лавочку, в тёмном уголке Первомайской рощи, которую в наше время местные казаки переименовали в Чистяковскую, Катя томно вздохнула и поглядела на циферблат изящных золотых часиков, в потаённом месте которых хранилась порция клофелина, на всякий пожарный случай.

Стрелки показывали без четверти одиннадцать, вечера естественно.

«Да пора бы уже этому придурку появиться, – мечтательно подумала девушка и представила, как она будет ломать ногу сексуальному маньяку, – а может быть его лучше кастрировать? Чтобы не повадно было".

Ножа у неё с собой не было, ножниц тоже:

«Придётся вырвать с корнем, – печально подумала практикантка, – платье запачкаю. Жаль".

Так и не решив, как именно она будет освобождать Мир от извращенца, она ещё раз взглянула на часы.

«Пора бы уже и появиться».

И как накликала. На лавочку присел Маньяк. В том, что это ОН Катя даже и не сомневалась – природное чутьё и фамильная интуиция её ещё никогда не подводили.

Прикрытие в лице амбала, всё ещё оглашало окрестности громовыми раскатами в неблизком сортире, страдая от вчерашнего похмелья в извращённой форме – короче у мужика случился понос.

На противоположный край лавочки присел мужчина. Рост – семь футов, Катя по привычке будущей нелегалки, всё переводила в футы и дюймы, голова лысая как коленка, взгляд безжалостный, как у самой Смерти.