Хозяйка северных морей

Просто однажды в лесу во время господской охоты, нашли рядом с медвежьей берлогой, младенца женского пола и отнесли к князю, а барин пожалел дитя и оставил его в доме.

По одеждам и медальону, который был на шее у девочки, можно было сразу сказать, что она не из простонародья, и уж тем паче не из крепостных.

Потому что медальон, стоимостью десять тысяч серебром, на шею младенцу простолюдинки не вешают. Да и вензель с короной на пелёнках тоже говорил о многом.

Поначалу Стриженов жил в страхе – ждал чего-то, а потом, как-то привык, да и девочка расцветала, как роза, становясь краше с каждым днём.

Медальон долго хранился у князя, но будучи стеснённым в средствах, он вынужден был продать его, оставив сиротку, фактически без копейки, а когда пришло время женить сына и наследника, в поместье появилась Софья Турусова и сразу возненавидела Дашу.

Надо отдать должно – чувство это было обоюдным. А вот когда старый хозяин умер, а молодой князь "навострил лыжи" в Европу, то с собой брать жену решительно отказался, объявив , что она останется дома.

– А Дашку с собой взять хочешь? – гадюкой зашипела законная супруга.

И её можно было понять и посочувствовать.

– Да, Даша поедет со мной, – просто как о чём-то обыденном заявил боярин.

– Не бывать этому. Не бывать!

Олег, не вступая в спор, потому как хорошо знал истеричный нрав Турусовой, направился в карету и, укатил по делам в Первопрестольную.

Даша должна была ехать в Москву на следующее утро.

– Олег, давай уедем вместе, чует моё сердце быть беде, – накануне ночью, лёжа в княжеской постели, убеждала его девушка.

– Да не бойся дурёха, никто тебя не посмеет пальцем тронуть, а мне нужно в Посольский приказ, забрать дипломатическую почту. Приедешь в Москву, и вместе в путь тронемся.

—Нехорошо это. Грех!

—Ты насчёт Софьи? Плюнь, я просто выполнил волю отца.

Даша сама понимала, что Софья, в сущности, была невиновата, и ей было крайне неудобно перед законной, пусть и нелюбимой супругой, но не она заварила всю эту кашу, а вот расхлёбывать приходилось ей.

«Гадина, змеюка подколодная. Бесстыжая» – не раз слышала она шёпот за спиной и умом понимала, что правы люди, грешно жить с чужим мужем на глазах у законной жены.

«Но что же мне делать?!» – на этот вопрос никто, да и она сама не знал ответа.