Чудеса продолжаются

Его взгляд сначала упал на стройные сильные ноги, открытые намного выше колен, поднялся вверх и остановился на том, как ночной ветерок играл с широким подолом рубахи Рыжей, приоткрывая на миг его нескромному взору густую рыжую поросль между немного расставленных ног девушки. А она, не обращая внимания на то, что он видит ее почти обнаженной, нежно натирала ему плечи. Антон огляделся. Справа не обращая на них внимания, стоял рулевой. На носу плота дремал часовой. Они двое были одни и предоставлены сами себе.

Антон не выдержал такого «издевательства» и положив руку девушке на ногу выше колена, медленно поглаживая, повел ее вверх. Провел рукой по густым волосам и девушка тихо застонала, сжала ноги, прижав его руку к внутренней стороне бедер и присела рядом. Девушка смотрела ему в глаза своими синими, бездонными, широко раскрытыми глазами. Ее красиво очерченный рот был полуоткрыт. Она опустила глаза и замерла. Антон проследил за ее взглядом и сильно покраснел. Он не заметил как напрягся и устремился вверх его дружок.

Но девушка не отводила глаза от него. Антон попробовал стыдливо прикрыться руками, но правую руку не отпускала девушка, удерживая ее у себя между ног, так что, он мог пальцами чувствовать ее намокшее лоно.

Рыжая подняла глаза и в них плескалось столько страсти, что она затопила Антона с головой. Рыжая протянула свою руку, убрала слабо сопротивляющуюся ее желанию руку Антона от дружка и обхватила его пальцами. Оба были настолько напряжены и поглощены друг другом, что от этого прикосновения они одновременно испытали огромный прилив наслаждения.

Девушка не сдерживая стон, затряслась. Антон выстрелил и отсалютовал семенем, которое попало на руку Рыжей.

Антон не выдержал. Схватив за руку горянку прыгнул в воду. Они погрузились с головой, но Рыжая продолжала его держать, как будто могла потерять. Они вынырнули, подплыли к плоту и Антон с силой развернул Рыжую к себе спиной. Девушка ухватилась руками за бревна и почувствовала, как то, что она держала недавно в своих руках, старается пролезть в нее.

Она подтянула колени к животу помогая Антону, но тот не мог войти. Его что-то не пускало. Затем, он резко надавил и девушка негромко вскрикнула от боли. Она почувствовала в себе большое твердое и оно было ей, как родное. Она подалась назад, чтобы глубже его принять и вновь затряслась…

Это безумие, захлестнувшее обоих, длилось больше часа.