Из ветра и огня

Ноги задрожали, Уф чуть не сорвался со ступенек.

«Запомни Уфретин никогда не стоит терять надежду и опускать рук»,– припомнились слова Теодора. Нахмурился Уф, но сделал шаг, а потом еще и еще.

– Хорошо хоть счет помню,– вслух сказал гном, чтобы хоть как-то разогнать гнетущую темноту. И тут не сосчитав и до половины, смотрит Уфретин и глазам не верит. Лежит на ступеньке самоцвет. Грани ровные любо-дорого смотреть.

– Экие вы колдуны,– засмеялся Уф,– Ну нет, на такую штуку я не поддамся.

И хотя на следующей ступеньке было два самоцвета да краше, да богаче, прошел гном и мимо них. Не знал Уфретин большего богатства чем небо над головою, то голубое и прозрачное, то густое и угрюмое; чем шум ветра в густых кронах; чем тепло очага; чем любовь домашнего зверья; чем дружба. А холодные камни пусть себе сверкают.

Но вот уже последние ступеньки. Одна, другая и на сотой Уф смотрит, а в сторону и правду идет дорожка. Сошел гном с лестницы и вышел в залу.

– Вот те на!– задрал голову, чтобы поглядеть на свод пещеры, шапка с головы так и слетела.

Впереди все в сиянии, будто инеем облеплено, дерево. Высокое, но Уфретин и выше видел, ствол как у старого дуба. А плодов, плодов сколько! На яблоне в хороший год столько не родится. Усыпано что куст смородины. И все как один круглые белые, ни точечки темной нет.

Уф поднял шапку, отряхнул от пыли и нахлобучил обратно. Может и пещеры, может и колдовство, а все едино зябко в колдовских дебрях.

– А вот и сундуки,– приметил Уф.

Перед деревом, на поляне, укрытой жухлой травой, стояли два сундука. Один богатый в золоте, а второй дубовый с увесистой крышкой. Решился Уф и отворил дорогой сундук, а внутри – ничего. Опешил гном. Рукой пошарил – ничего. Закрыл крышку и снова открыл – ничего. Глядит, а второй сундук как сквозь землю провалился.

– Обманул меня бобер? Да только во всем прочем, глядишь, не лукавил. Что же делать-то теперь?

Хочешь или нет, а надо назад ворочаться. И снова ступеньки, но теперь топал гном вверх, покуда не появился впереди свет. Как только Уфретин вернулся, вход за ним тут же исчез.

– Получилось?– спросил Кашевар. Присел Уф на скамейку и все без утайки рассказал.