Бои без правил

Что он там искал? Мысли или плотину от мыслей, он не сказал, а лишь хмыкнул. – Первый раз слышу от студента, что он собрался думать. Он, часом, не заболел? – спросил он, поглядев на Шизу. Та приложила руку ко лбу.

– Лоб уже холодный, – ответила она. – Ты хочешь знать, как тебе поступить? – спросила Шиза.

– Не только, – ответил я. – Мне нужно нестандартное решение, чтобы Рок не смог всунуть свои планы в мои планы. А он на это мастак.

– Давайте рассуждать так, как рассуждает Рок, – предложил дракон. – Я буду за Рока и скажу, что бы я сделал на его месте.

– Давай, – согласилась Шиза. – Говори.

– Я… Э-э-э… Я… – Лиан начал бодро и, промычав «я-я», замолчал. Он поморгал и недоуменно поочередно нас с Шизой оглядел. – Я это… – смутился он, – не могу. Я не знаю его планов, только в общих чертах, а это не дает мне понимания хода его мыслей.

– Конечно, рожденный ползать летать не может, – подначил его я. – Мы не сможем думать за Рока.

– Почему? – спросила Шиза, приподняв выщипанные бровки.

Я их заметил мимоходом и успел подумать: «Зачем ей их выщипывать?» Затем мысленно обругал себя. «Зачем мне ее брови?» – но эта мысль уже завладевала мной, и я, махнув рукой на обсуждаемую тему, спросил:

– Ты зачем брови выщипала?

Шиза вспыхнул, а по щекам разгорелся румянец.

– Ты… Ты грубый чурбан, солдафон… Вот ты кто!

– С чего это ты так разозлилась? – примирительно спросил я. – Просто увидел тонкие бровки и спросил. Всего-то.

– И что, они некрасивые? – подняв подбородок и выпрямив спину, спросила она, глядя прямо мне в глаза.

– Почему некрасивые? – пожал плечами я. – Красивые.

– Больше ничего у меня красивого нет? – продолжая в упор расстреливать меня глазищами, спросила она.

– Есть. Глаза еще красивые… Фигурка. Ноги…

– А я сама что, некрасивая?

– Красивая.

– Так почему же просто не сделать комплимент моим бровям? Вместо того чтобы спрашивать, что я с ними сделала?

– У тебя, детка, красивые брови, – сделал я ей комплимент и подумал: «Кто меня дергал за язык? Спрашивать о бровях?»

– Только брови?

– Песня та же, пою я же, – ответил с недовольством я.

– Дурак…

– Ты сама дура! – возмутился я.

– Почему это я дура? – Шиза даже привстала и нависла грудью надо мной.

– Дура, потому что хочешь сейчас рассуждать как Рок, – выпалил я.

– И что тут неправильного и дурацкого?

– А то, что думать нужно было раньше.