Два в одном. Барон поневоле

Это вы хотели смерти королю и претендентам. Мне все равно, кто будет править королевством, но при условии, что он ограничит власть церкви. Иначе нас, магов, ждет печальная участь. Да и не только нас. Никто не сможет тогда жить безопасно, даже конты. Это будет власть инквизиторов с тысячами костров по всей стране… Но я готов вас выслушать.

– Я знаю, кто такой господин Ремгол, – продолжила женщина, немного смутившись от отповеди Артема. – Он был вместе с риньером Оробатом. Можно сказать, был его тенью. А риньер Оробат…

– Заткнись! – выкрикнул ее муж.

 – Заткнись, курица безмозглая, ты нас всех подведешь под виселицу…

– Завяжите ему рот! – приказал Артем. – И отсадите его подальше от жены. А ей развяжите руки. Продолжайте, риньера. – вежливо предложил Артем.

– Так вот. Я и говорю, господин Оробат был личным посланником кагана де Ро и выполнял его поручения. Он прибыл к нам и стал уговаривать моего мужа поддержать де Ро на будущих выборах короля. Обещал место старшего советника. Ему нужно было, чтобы мой муж подговорил своих друзей присоединиться к их организации.

Кангана поддержала церковь, и связь с ней осуществлял риньер Остман.

– Значит, канган, ваш муж, Оробат и Остман – ключевые фигуры заговора? Я правильно понял? – уточнил Артем.

– Здесь, на севере, да. Но есть влиятельные люди в столице, которые координируют действия заговорщиков по всему королевству. И Оробат обмолвился, что некоторых знает, и, значит, их знает господин Ремгол.

– Интересно. – Артем задумался.

 – Вы рассказали о заговоре, но не сказали, чего вы хотите. Так в чем ваш интерес, риньера?

– Мы с мужем напишем все, что знаем. И эти признания оставим у вас. А вы нас отпустите.

– А как я пойму, что вы меня не обманули? Может, вы оговорите кангана и его людей, чтобы скрыть истинных заговорщиков. То, что вы мне рассказали, я знал и без вас. Вы не сообщили мне ничего нового. Но вот дознаватели из королевской прокуратуры, они смогут выпытать у вас всю правду.

Женщина пригорюнилась.

– Да, вы правы, я знаю мало. Лишь то, во что меня посвящал муж. Он знает больше, и я попробую его убедить дать показания.

– К сожалению, вынужден вам сказать, риньера, ваши показания без вас самих мало чего стоят. Но можно попробовать провернуть некую схему, по которой вы с мужем будете уже не обвиняемыми, а свидетелями, которые сами прибыли к господину Уильяму и рассказали о заговоре. Так сказать, движимые верноподданническими чувствами.