Герцог фронтира, или Вселенская замятня

Те уж точно знают, кто враг, а кто друг.

– Не… враги… – растерянно передал пес. – Эти не те, – туманно сообщил он, и псы потеряли к вампирам интерес. Молча отвернулись и побрели к своим лежкам, рядом с нищими.

– Давайте разберемся, кто есть кто, – предложил я. – Тут довольно странная компания. Вампиры, дворф с маленьким человечком на плече. Снежный эльфар и Шаро. Как вы все оказались вместе?

– Давай уйдем, любимый, отсюда, на нас таращатся десятки пар глаз. Я привела с собой только своих…

– Все свои, говоришь?.

. – Я с прищуром посмотрел на смирного Шаро. – И этот тоже?

– Да, все свои, дорогой.

– Ладно. Как скажешь, любимая. Нам надо снять дом. Иначе мы спокойно не поговорим. Фома! – позвал я орка. – Быстро сними поблизости большой дом на пять суток.

Фома тут же направился в ближайшие переулки. Вскоре появился запыхавшийся, но довольный.

– Нашел небольшое поместье, учитель. Мы все там разместимся.

– Веди, Фома. Чувствую, разговоры будут долгими.

Дом действительно был большим и опрятным.

Прятался за небольшим садом. И сдал нам его пузатый дворф за двадцать золотых илиров. Цены несусветные, но я не стал торговаться и выдал ему два мешочка золотых монет. Он считать монеты не стал, подкинул их в руке и, поклонившись, с важным видом ушел. Он не посмотрел даже, кто же к нему заселился. А я, вспомнив про Птица, вытащил его из сумки и пустил пастись в сад. Он отряхнулся и закричал.

– Ха… Ха… Ха… – Какого чегта-а?.. Где жгатва? – И хотел клюнуть дворфа.

Тот отскочил и спрятался за Фому. Возмущенный Птиц заорал: – Смегтные!.. Габы! С-стоять!..

– Птиц, иди погуляй, – приказал я полоумному страусу-переростку. – Скоро я тебя покормлю. И никого не вздумай клевать…

– Это кто?.. Это что? – удивленно спросила Ганга, провожая взглядом уходящего прочь с важным видом бургомистра Птица.

– Подарок сыну, – ответил я и засмеялся. – Не хотел его бросать – забавный.

– Так ребенок еще не родился.

– Ну ведь родится.

– Да родится… но еще нескоро.

А этот петух-переросток опасен. – Она осуждающе покачала головой. – Ты, как и прежде, спасаешь несчастных, хорошо, что не девку какую, а только это чудо в перьях…

И тут я вспомнил, что на площадке оставил вызволенных рабов. У них нет денег, чтобы оплатить перенос, и что с ними стало, неизвестно. Может, снова продадут в рабство. Кто знает местные правила?

– Фома! – позвал я орка.

Фома мгновенно очутился рядом.

– Слушаю, учитель.

– Фома.