Горячая версия

Я боюсь за тебя, родной…

– От кого известно? Я тебе ничего не говорил. Откуда этот беспричинный страх? – обрушил он на нее залп вопросов. Она стушевалась, отвела взгляд в сторону, плотно сжала капризные губы. Зотов с запоздалым сожалением подумал, что начал забывать вкус ее нежных губ, теплоту смуглой кожи. К своему стыду не смог вспомнить, когда последний раз дарил цветы. “Жена моя родная, терпеливая, как мало я ценю каждый миг жизни рядом с тобой. Прости. ” – повинился он, но не решился произнеси это вслух, чтобы не выглядеть в ее глазах жалким и плаксивым.

–Почему ты молчишь?– не желая того, резко спросил он.– Что произошло, что изменилось? Я должен знать.

– Я не на допросе,– обиделась жена, упрекнув его за профессиональный жесткий тон в голосе.– Опустись на грешную землю. Сергей не будь идеалистом, не забывай, в каком жестоком мире мы живем. Кому нужны твои совесть и служение закону, когда вся верхушка коррумпирована? Подумай о семье, хотя бы о нашей любимой дочери Юлечке.

– Ей кто-то угрожает? – встревожился он.

– Да, угрожает, и ей, и тебе, и мне,– твердо сообщила жена.– Вчера позвонил какой-то мужчина и поставил условия.

– Что же ты молчала? Какие условия?

– Не хотела тебя беспокоить, посчитала, что это глупая шутка. Но сегодня тот тип позвонил мне на работу и в угрожающей форме велел исполнить свои требования.

– Какие еще требования?

– Ты должен вынести постановление о прекращении уголовного дела об автокатастрофе из-за отсутствия состава преступления.

Только после этого нас оставят в покое и даже вознаградят за солидарность и услугу. Наступила гнетущая тишина. Слышен был мерный ход старинных часов, словно начался отсчет секунд запущенного механизма часовой мины. Это впечатление захватило Зотова. ”Чертовщина какая-то?” – попытался он избавиться от мрачного сравнения. Встретился взглядом с женой. Она с напряжением, вцепившись в край стола руками, так что побелели кончики пальцев, ждала его решения. Затем положила ладонь на его руку, и трепетная дрожь передалась ему. В какой -то миг он готов был уступить, оказавшись под магией ее внушения.

– Ира, ты ведь понимаешь, что эти условия неприемлемы,– твердо произнес Сергей.– Иначе я перестану себя уважать и как следователь, и как человек. Да и в твоих глазах буду выглядеть трусом. Нет, об этом не может быть и речи.

– Ты неисправим. Другого ответа я от тебя и не ждал,– спокойно промолвила она. – Но ты пойми, дорогой, насколько серьезна угроза.