Женская интуиция

Если женщина признается, что она голодна, то это вовсе не означает, что она страдает чревоугодием. Есть ведь и другие физиологические потребности.

– У тебя слишком много разных потребностей, трудно угадать, – озадаченно потер ладонью узкий лоб и пожаловался.– Знаешь, Ева, что-то на душе неспокойно, кошки скребут. Дурное предчувствие. Надо бы в Керчь съездить, поглядеть все ли с нашей квартирой в порядке?

– Мг, квартира? У нее нет ног, никуда не сбежит, не денется. Ради квадратных метров готов оставить меня одну в сообществе чужих мужиков, которые на пляже не сводили с меня глаз? Они только и ждут твоего отъезда, чтобы подбить ко мне клинья и соблазнить или изнасиловать и опозорить на весь белый свет.

Верь после этого присказке, что не перевелись еще рыцари без страха и упрека. Вымерли, как мамонты, остались лишь назойливые мужланы и нытики…

– Я к таковым не отношусь, очень тобой дорожу, – возразил Черпак.

– Не забывай, что Ева, не служанка, а королева, а ты – мой раб. Должен беспрекословно исполнять все мои приказы и капризы.

Иначе доступ к знойному телу для тебя будет навсегда закрыт. Ты ведь не библейский Адам, вкусивший запретный плод.

– Евочка, ты не сможешь и суток прожить без ласки и нежности?– напомнил он о ее темпераменте и неуемной жажде сладострастия.

– На тебе свет клином не сошелся. Поклонники штабелями у моих стройных ног валяются.

– Успокойся, тебе ведь ничего и никто не посмеет угрожать, когда рядом такой волкодав, как Бакс,– заметил он. Пес, заслышав кличку, поднял от паласа тяжелую, словно ядро, голову и поочередно обозрел своих сварливых хозяев.

– Поехали вместе, – предложил Матвей. – Дома переночуем, а утром возвратимся в пансионат?

– Я устала, разомлела на солнце, хочу испытать блаженство. Очнись, как ты смеешь, о чем-то другом думать в такие минуты. Я голодна,– женщина вплотную приблизилась к нему и страстно прошептала в оттопыренное ухо.– Или ты меня окончательно разлюбил, используешь, как служанку?

– Ева, ты не права, не меряй всех мужчин на один аршин.

Каждый человек уникален и неповторим, – возразил Черпак.

– Проснись, Мотя, не витай в облаках. Опустись на грешную землю. Перед тобой знойная, очаровательная, молодая жена, желающая удовлетворения. Сейчас или никогда!

Ева распахнула пляжный, белый с фиолетовыми мелкими цветочками сарафан, обнажив тугую грудь и, приподняв рукою его подбородок, пристально поглядела в глаза.

– Мотя, не считай меня дурочкой.