Напряжение на высоте

Напряжение на высоте

Владимир Алексеевич Ильин

Напряжение #5

Говорят, судьбы решаются на небесах. Но и чуть ниже, на тех высотах, где обретаются природные князья и император, могут легко изменить жизненный путь. Там способны назвать спасителя – разбойником, а похитителя и убийцу – уважаемым человеком, ежели у одного ничего за душой, но у другого титул князя. Потому как многое в мире после второго тысячелетия так и останется сословным.

Но ныне Максим Самойлов примет врага на равной высоте и его оружием. Призом же новой битвы станут власть и величие – компоненты настолько редкие, что кому-то придется их лишиться, чтобы другой мог приобрести.

Владимир Ильин

Напряжение на высоте

Автор использует элементы вселенной «Меняя маски» Н. А. Метельского с согласия последнего

Пролог

Среди жарких признаний в любви летнему солнцу, волнительного ожидания первых теплых весенних лучей и яркой радости от созерцания закованных в лед озер под синим небом найдется в душе тихая любовь к поздней осени.

Не той ранней и слякотной, с размытыми дождями дорогами, хотя и ей достанутся добрые слова от тех, кто встретит ее в тепле своих покоев и кому хлесткий ливень за порогом, приглушенный оконной рамой, станет аккомпанементом треску огня в камине.

И не середине осени, наполненной нотами увядания и прощания, – под звуки птичьих стай, зовущих за собой: к теплому морю, в страны с ранним рассветом и поздним закатом, переждать студеную пору и, быть может, остаться там навсегда. Кто-то поддастся, но там, под знойным бризом, на горячем пляжном песке, глядя поверх голов шумной и многочисленной толпы на горизонт, рано или поздно затоскует о ней.

А поздней осени – с твердой, слегка промерзшей землей. С холодом, пока еще не столь колючим, чтобы прятать ладони в теплые перчатки и нагружать плечи тяжелой шубой, но достаточным, чтобы очистить разум от тревог. С ощущением выполненного дела, наполняющим странным спокойствием, – будь то собранный урожай или сданный квартальный отчет, за завершением которого видится новое начало, но оно, вместе с большим снегом, ожидается еще нескоро…

Еще будет покров – тонкий, белоснежный, без единого следа – и ощущение первопроходца всякий раз, когда подошва продавит первый снег, оставив четкие отпечатки шагов.

И самое важное – тишина, не тронутая суетой птиц и шумом дождя. Промолчат под ветром деревья, лишенные листвы, не мешая мыслям.