Лицедеи

Растерянность, сомнение в том, что поступает вопреки рассудку – это никого не могло бы удивить, поскольку у каждого из нас бывают минуты душевной слабости, но тут всё было несколько иначе. Если присмотреться, в глубине этих глаз читалась непреходящая тоска, словно бы человек испытывает чувство вины перед самим собой и никак не может с этим справиться. В чём причина, сразу и не разберёшься, тут не обойтись без скрупулёзного изучения обстоятельств его жизни, что могло бы приоткрыть завесу тайны, однако дело это хлопотное и вряд ли стоит без достаточных на то оснований тратить время в надежде что-то разузнать.

Поэтому разумнее всего ограничиться выводом, будто личность это вполне заурядная, и не стоило бы уделять ей столь пристальное внимание, если бы не обратился к этому пассажиру некто с наголо обритым черепом и повадками уличной шпаны или «братков», которых в девяностые развелось видимо-невидимо.

– Ну что, тебя подвезти? На такси-то пока не заработал?

Ещё когда изнывал от духоты на второй полке плацкартного вагона, наш герой разговорился с одним из попутчиков.

Тот подсел в Старом Хопре, вышли в тамбур покурить, там и познакомились. Митяй оказался весьма болтлив:

– У нас в Хопре, чтобы какое-то дело замутить, надо у местных авторитетов разрешение спрашивать, а потом ещё отстёгивать бабло в общак… Ну а в Москве широта, простор и полно лохов с туго набитыми кошельками.

Бери – не хочу!

Сева, так звали нашего героя, не возражал – хотя бы потому, что не собирался залезать в чужой карман, а рассчитывал на то, что сами дадут, и даже не придётся умолять, чтобы подкинули кое-что на пропитание. Всё будет совсем иначе, придут и скажут: «Бери, пока дают, и не сворачивай со своего пути!» Что это за путь? Об этом Сева предпочёл помалкивать – для откровений ещё время не пришло, сколько бы не пытался Митяй его разговорить:

– А тебя чего понесло в столицу?

– Да вот хочу поступить в театральное училище.

– И на фига? Бабла на этом не заработаешь…

Тут в разговор встрял ещё один пассажир, тоже из курящих, лет сорока, с намечающейся лысиной, то ли полученной по наследству от родителей, то ли возникшей по причине чрезмерного напряжения ума:

– Так оно и есть! Актёрам платят крохи, и только немногие добиваются признания.