Зой рок

 – Сдаюсь, Марина Юрьевна, ваша взяла. Впрочем, я тоже не в накладе. В сообществе такой прелестной женщины командировка доставит истинное удовольствие.

– На многое не рассчитывайте, – охладила она его пыл. – Это не свадебное путешествие с медовым месяцем. Мы при исполнении служебных функций..

Подъезжая на автобусе мимо мыса с турецкой крепостью Еникале к паромной переправе. Следователь вспомнила об этом диалоге, возникшем вчера в ходе совещания ОСГ и невольно улыбнулась.

Водитель лихо развернул оранжевого цвета "Икарус" на широкой площадке, в дальнем углу которой в форме русской печи со ступенями возвышался памятный знак в честь подписания соглашения между правительствами Крыма, Москвы и Краснодарского края о строительстве путепровода через Керченский пролив.

Но дальше разработки проектов моста, тоннеля, причем без проведения изыскательских работ, дело не сдвинулось. Воз и ныне там, а разумная идея повисла в воздухе.

Шумные женщины в походной экипировке с сумками, мешками, баулами на металлических тележках, метко прозванных "кравчучками" в честь украинского президента Леонида Кравчука, высыпали на площадку.

Спешно, чтобы успеть на первый паром, направились к таможенному и пограничному постам, расположенному на входе и въезде на территорию ГСК "Керченская паромная переправа", действующей уже более полувека, начиная с 1954 года.

Лица бывалых челночниц таможенникам и пограничникам давно примелькались и поэтому досмотр был выборочным и формальным. В основном проверяли паспорта и вызывающую подозрение своей конфигурацией кладь на предмет пресечения провоза оружия, наркотических веществ, антиквариата и валюты в превышающей установленную сумму.

Сотрудникам усердно помогала бурой масти спаниель по кличке Альфа.

У Марины Юрьевны была с собой лишь кожаная под цвет коричневой куртки дамская сумочка. Отстала от толпы, предъявила пограничнику служебное удостоверение. Тот в знак согласия кивнул головой. Журавина прошла через турникет на территорию. Увидела поджидавшего ее офицера.

– И охота вам было в такую рань вставать? – приветствовал капитан.

– Эх, Александр Васильевич, каждому свое. Наша служба и опасна, и трудна, – пропела женщина.

– Вот поэтому я и напросился вас сопровождать, хотя мог бы командировать рядового опера, – признался Тернов. – Вы для милиции ценный работник, обязаны охранять как зеницу ока. Мало ли что может произойти в другом государстве. Глаз да глаз нужен.

– Спасибо за заботу.