Морок

– Оно и видно, – ехидно заметила подруга и откусила изрядный кусок от стожка в шоколадной глазури. – Может, хот-дог взять? – задумчиво проговорила она.

– Пошли! Ты же лопнешь, деточка, – засмеялась я и потащила Иру в зал.

Фильм шёл уже второй час, и за это время я дважды скупо улыбнулась. На комедию действо никак не тянуло. Сюжет был глупый, актёры старались как могли, но оживить бездарный скучный сценарий не получалось. Хотя, возможно, я излишне строга: со всех сторон то и дело доносился жизнерадостный гогот.

Ира тоже была весьма довольна происходящим. Она расправилась со своими припасами и теперь лишь прихлебывала сладкую газировку.

– Правда, здорово? – шепотом спросила она.

В ответ я уклончиво промычала что-то невразумительное. При большом желании это можно было расценить как одобрение. Ира удовлетворённо кивнула.

Я то и дело отвлекалась от происходящего, теряла и без того невнятную сюжетную нить, задумываясь о своём. Когда на экране вдруг возникло лицо, поначалу просто удивилась: вроде бы это против законов жанра.

Такая кошмарная физиономия – и в комедии!

Мужское лицо, показанное крупным планом, было неестественно, до синевы, бледным и странно перекошенным. Серая неопрятная щетина, свалявшиеся волосы, багровые полосы на щеках. Рот провалился, глаза закатились. Лицо было неподвижным и почему-то знакомым. Мне никак не удавалось вспомнить, где я раньше видела этого человека, но то, что видела – точно.

Я осторожно огляделась по сторонам.

Неужели никого не удивляет непонятно зачем появившееся изображение? Ира всё так же пила лимонад, хихикала и увлечённо смотрела на экран. То, что там творилось, очевидно, её вполне устраивало. И абсолютно не изумляло.

Остальные зрители тоже вели себя, как раньше: создавалось впечатление, что они продолжают смотреть фильм! Невесть откуда взявшееся лицо видела лишь одна я.

Вглядевшись в застывшие черты, я внезапно поняла причину их неподвижности. Человек на экране был мёртв! Следом пришло и другое страшное озарение.

Боже, я действительно знала его. И при этом никогда не видела таким.

Отец! Ведь это был он! Так, наверное, выглядит он сейчас, после месяца, проведённого в холодной могиле.

Крик застрял у меня в горле, дыхание перехватило. Я сидела неподвижно, уставившись прямо перед собой. В голове колотилась одна-единственная мысль: такого не может быть! Это сон!

Нужно закрыть глаза и просто дождаться конца сеанса.