Студенты

В обязанности бригадира входили переговоры с администрацией предприятий, куда мы шли батрачить, и вытрясание с них денег по окончании смены. Лучшим бригадиром среди студентов был Федор, кандидат в мастера спорта по боксу в тяжелом весе, с которым я позже населял в нашем общежитии 23-ю комнату на 4-х-5-х курсах. Лучшим бригадиром он был не из-за того, что был боксером. В деле общения с конторами и администрациями от мордобоя как раз лучше отказаться. Лучшим он был потому, что доводил представителей нанимающей стороны до истерики скрупулезным выспрашиванием мельчайших деталей работы, ее опасностей и времени расплаты.

Настоящий бультерьер был. В тот единственный раз, когда наша бригада после разгрузки технической соли (даже не цемента, хотя соль – тоже удовольствие сильно ниже среднего) получила на руки по 12 рублей, бригадиром был Федор…

Керенкер, получив звание бригадира, вырос в собственных глазах метра на два, приосанился и постановил, что сбор бригады завтра на улице Громобоя, в здании конторы в 16 часов.

– Зачем так рано? – спросил Германсон.

– Слушайте папу Керенкера, – сказал бригадир. – Придем позже, 8-е марта разберут, и мы поедем на Меланжевый. Оно вам надо?

Резон в этом был, ведь на Меланжевый комбинат пришлось бы ехать куда-то на край света, а фабрика имени 8-го марта была рядом.

– Вот ты, бригадир, и иди туда к 16-ти, чтобы 8-е марта не уплыла, – предложил я, – а мы к шести подойдем.

– Так, бунт на корабле? – строго спросил Керенкер. – Всех уволю, наберу новый экипаж!

– Ладно, только я еще Витьку приведу, – не стал бунтовать я.

 – Он давно просится с нами на дело.

– Приводи, – великодушно разрешил босс. – Но только его одного. Чем больше трудяг, тем меньше тугриков на нос.

Все посмотрели на его нос и кивнули… Так что не получилось у меня и в пятницу с часами. Получилось только в следующий понедельник. Впрочем, до понедельника была еще ночная смена на Меланжевом комбинате, о которой тоже нужно рассказать. Была суббота, было воскресенье.

В общем, обо всем по порядку.

…Наш бравый бригадир Керенкер свое бригадирство начал с того, что прошляпил набор трудящихся на фабрику имени 8-го марта. Он бы и Меланжевый упустил, если бы не Витька. Витька, ясное дело, опоздал. Тут уж ничего не поделаешь. Хоть говори ему, хоть молчи – он все равно придет позже назначенного времени. Хоть на 5 минут, но позже. Я ему не раз говорил: «Ну выползай ты из дома раньше, если склонен к опозданиям!».