Студенты

Странно, что этим человеком в обоих случаях был Паша Коротков.

– Паша, ты заговоренный, что ли? – спросил его кто-то.

– Практически да, – ответил Паша и показал нам какую-то старинную пуговицу. – Меня мой талисман бережет.

– Лучше бы он тебя подальше от стекла держал, чем каждый раз из-под осколков вытаскивал… – проворчал командир нашего стройотряда.

В начале января мы закончили временную трудовую деятельность и вернулись за парты. Заплатили нам рублей по 60, пояснив, что главное для нас не деньги, а участие.

Как у спортсменов-олимпийцев…

…Поскольку сессия уже показалась из-за горизонта, а я за месяц прилично подотстал от одногруппников, пришлось учебой заняться всерьез. Ну как всерьез… Не днем и ночью, как кот ученый, конечно… Но набеги в пивной бар «Славянский» пришлось сократить. Посещение кинотеатров с болью в душе свел до минимума, ходил только на гиперкрутые фильмы, вроде «Кто есть кто» с Бельмондо или американский фильм «Бездна». Городские дискоскачки тоже в этот период обходились без меня.

Витька как-то один справлялся. Чертежи и лабораторные работы никто для меня не отменил, хотя деканат, надо признать, для нашего стройбата ввел на этот семестр мораторий на отчисление по неуспеваемости. Низкий поклон им, конечно, за это, только программу обучения все равно пришлось выполнять. Уже не помню как, но выполнил. Мало того, и сессию я сдал без завалов в плановые сроки. Даже изловчился получить «хорошо» по материаловедению и обработке конструкционных материалов. Сдача сессии в заданных временных рамках позволила мне поехать на каникулы к родителям в далекий от Иванова Казахстан. Там за десять дней я выспался, как пожарный на дежурстве, и отъелся так, что еле влез в одежду, в которой приехал. Дома на книжной полке я обнаружил небольшой красивый камень золотисто-коричневого цвета.

– Что за камешек? – спросил я отца.

– Тигровый глаз, – ответил он. – Хороший камень. Пишут, что помогает при гипертонии, сердечно-сосудистых проблемах.

– А где ты его откопал?

– В универмаге.

– Дорого?

– Не знаю, у матери спроси, она платила.

– Рубль, – крикнула из другой комнаты мама.

«Дорого», – подумал я. Два комплексных обеда в институтской столовой. С другой стороны, раз дорого, значит, вещь стоящая. Дело в том, что я после случаев с Павлом Коротковым подумывал тоже завести себе что-нибудь вроде амулета или талисмана и ходить с ним на наиболее кусачие занятия или на экзамены.