База. Антарктический рубеж

Голова ещё болела, но уши уже были в порядке, да и головокружение прошло. Плечо ныло тупой болью, но он уже научился не обращать на неё внимания. Немцы на вышках с интересом смотрели на пленных, обмениваясь редкими фразами, но уже не смеялись, как вначале, когда люди кинулись к кухне. Представления не получилось.

Нет, днём сбежать не реально, нужно посмотреть ночью, как здесь всё освещается. Но ночевать ещё одну ночь в этом временном лагере им не пришлось. Вскоре после того как каша закончилась к воротам подкатила машина полная немцев, были здесь и собаки, четыре овчарки, которые злобно лаяли вырывая поводки из рук солдат.

Солдаты открыли ворота и стали выстраивать пленных в колонну, в этот раз с ними был офицер, который на ломаном русском выкрикивал команды для пленных. Когда все были построены в колонну, по паре солдат зашли в бараки и там раздались короткие автоматные очереди. Добивали раненых, которые не могли идти.

–Идём на станцию, десять километров. Вышел из колонны на один шаг расстрел, отстал на один шаг расстрел, упал расстрел, – на ломаном русском прокричал офицер, проходя вдоль колонны.

По бокам колонны заняли места немецкие солдаты, собак тоже разделили поровну – по две на каждую сторону. Колонна двинулась, а офицер залез в кабину грузовика, который тронулся следом за колонной. Мельком оглянувшись, Миша увидел, что в кузове грузовика стоит солдат, установив на крышу кабины пулемёт. Шли достаточно быстро и часа за два добрались до станции.

Несколько самых слабых и раненых бойцов остались лежать на дороге с простреленной головой. Вначале им пытались помогать, поддерживали, брали под руки. Но, когда конвоиры застрелили, вместе с раненым, ещё двоих вполне крепких бойцов. Они тащили его под руки, но всё же мешали движению колонны. Помогать слабым перестали. Да и сами, ослабленные ранениями пленные, отталкивали помощников. Из последних сил, пробирались они на край колонны и выходили из неё. Чтобы тут же получить свою пулю.

Когда поредевшая колонна достигла железнодорожной станции, их сразу погнали к стоящему на путях товарняку. Выстроив вдоль состава, конвоиры стали загонять их в вагоны. Надо бежать. Сейчас кинусь под вагон и выскочу на ту сторону, там стояли другие составы, может получиться затеряться. А ночью буду пробираться к линии фронта. Мысли мелькнули в голове, и Миша напрягся, приготовившись к рывку. Но его опередили, видимо не ему одному пришла такая мысль.