Осиновские чупакабры

«Что ты будешь ему отвечать»?

– Так Евграф Васильевич, прозевали-то музейщики, при чем же здесь я?

– А ты курируешь народные промыслы. Как же не отвечать? Но авось обойдется, пока ты будешь трудиться на ниве фольклора, мы будем здесь отдуваться. И еще: тебе известно же, какое внимание сейчас культуре, так что суточные ты получишь, но насчет гостиницы не обольщайся – придется встать у кого-нибудь на постой, где подешевле. У нас все-таки не Лазурный берег, народ жалостливый и туристами не избалован.

Локтев снова почесал в затылке:

– Когда ехать?

– Лучше – раньше. Давай прямо завтра. А что до старого фольклора… Ты знаешь эту песню? Лихолетов набрал воздуху и вполголоса завел: «Звонит звонок насче-е-от поверки. Ланцов задумал у-убежа-ать…». А дальше не помню. Ты ее знаешь? Хотя бы мелодию? Слух у тебя должен иметься. Ты ведь, кажется, на фортепьянах играешь, на трубе, на балалайке?

– На гитаре, – машинально поправил Локтев.

– Ну вот. И ведь песня, без сомнения, каторжанская, наших краев то есть. Или недалеко от наших краев. А ты говоришь, «энтузиасты». Да тут поле непаханое! Так что собирайся, не откладывая.

Разумеется, о настоящей причине столь срочной командировки Лихолетов Сергею ничего не сказал.

– Как? – на выходе спросила секретарша.

– «Я буду долго гнать велосипед. В глухих лесах его остановлю», – нарочито фальшиво спел ей на ухо специалист отдела народных промыслов.

Некоторые планы, похоже, разваливались, но что-то подсказывало ему, что не совсем, а может, и совсем даже не разваливались. Но, конечно, прежде всего – задание Лихолетова. Все-таки человек заботится о нем, а заодно – и о фольклоре. Сразу два зайца. Недаром же он замминистра! О том, что имеется еще и третий заяц, он даже не подумал. Как можно!

Следовало позвонить Жэке и объяснить ситуацию: дело с организацией выставки откладывалось.

– Я, как только управлюсь тут с некоторыми делами, приеду к тебе в гости, на пленэр. Давно не выбирался на природу, – пообещал Евгений.

– Буду ждать – отвечал Локтев. – Можешь захватить свою половину.

– Это навряд. Она погрязла в театре. Никакие караси ей пока не нужны.

– Ну, собирайся сам.