Сумерки в спальном районе

Однако, блядинка в глазах никуда не девалась, опытные мужики тут же её распознавали, непременно оборачивались. Кирилл именно на это когда-то и попался. Вроде бы Светка такая простая – хорошенькая, скромная, а вот какая-то неуловимая порочность в ней всё равно чувствовалась.

В Дашином же миловидном лице ничего подобного не было. Только растерянность, да неопытность, вот, пожалуй, и всё, что Кирилл мог рассмотреть. Одета в дешёвенькое пальто, на голове чёрный платок. Хрупкая, невысокая. Стоит, беспомощно озирается по сторонам, вот-вот заплачет.

Кирилл оторвался от киоска, решительно направился к девушке. Для проформы уточнил:

– Вы Даша?

Она обрадовано кивнула, улыбнулась. Кирилл заметил, что один зуб с левой верхней стороны у неё золотой. Наверное, в Кривом Роге дешевле было ставить именно такие коронки.

– Я – Кирилл, – сказал он. – Давайте ваш чемодан.

– Да ну, что вы, я сама, – застеснялась девушка.

– Давайте, давайте!

Он забрал чемодан (совсем не тяжёлый!), и они пошли к вокзалу.

– Со мной можно на «ты», хорошо? – попросила Даша. – А то я иначе стесняться буду.

– На «ты», так на «ты», – согласился Кирилл. – Меня тоже можно на «ты». Не такая уж у нас огромная разница. Тебе, кстати, сколько лет?

– Восемнадцать, – с гордостью сказала Даша.

Кирилл недоверчиво покосился на неё. С его точки зрения девушка тянула максимум на шестнадцать.

– Я могу паспорт показать, – обиделась Даша, заметив его скептический взгляд. – Хотите?

– Нет, не надо. Хочешь? – поправил он её.

При этом неожиданно улыбнулся. Широкой обаятельной улыбкой, которая ей ужасно понравилась.

Замечательная у него оказалась улыбка!

– Ага. Извините, – смутилась она.

И тут же поправилась:

– Извини.

Некоторое время они шли молча. Даша с интересом поглядывала по сторонам.

– Впервые в Москве? – спросил Кирилл.

– Ага. Поезд так медленно ехал, – пожаловалась она. – И в вагоне такая духота. Я думала, я с ума сойду!

Кирилл сочувственно кивнул.

– А что с бабушкой-то случилось?

– Совсем крыша поехала.

Раньше так, бывали приступы, но недолго, день-два от силы, а как про Свету узнала, так у неё уже совсем ум за разум… никого не узнаёт, несёт какую-то чушь. Я вчера к ней ездила, сказали, вряд ли она уже выйдет.

Губы у Даши скривились, по щекам начали катиться слёзы.

– А мама пьёт, не просыхает, – всхлипывая, выговорила она. – Всё одно за другим!..

Кирилл остановился, вынул платок, вытер ей слёзы.