Сумерки в спальном районе

Как можно было настолько потерять голову!

При воспоминаниях об этом своём злополучном визите он ничего, кроме стыда и злобы, не испытывал. Сразу старался переключиться, выкинуть хромоногую женщину из головы, чему раздумья о Даше немало, кстати говоря, способствовали.

В подобном смятении чувств Кирилл Латынин в конце концов и уснул, мудро рассудив, что завтрашний день наверняка всё сам расставит по местам.

Так оно и случилось.

5. Поминки

На кладбище они попали только в середине дня. Даша проснулась довольно поздно.

Кирилл не хотел её будить, пусть девушка отдохнёт после долгой дороги, намаялась…

Потом долго завтракали, он слушал очередные живописания криворожской жизни. Внимал с интересом, вникал в детали, задавал вопросы. Многое и про Светку теперь понимал гораздо лучше, становилось яснее, что и откуда бралось.

Светка, кстати, никогда ничего подобного ни про своё прошлое, ни про своё горемычное семейство не рассказывала. Про родную сестру Дашу и то упоминала весьма редко.

В общем, из дома выбрались уже далеко за полдень.

Пока добрались, пока цветы купили, уже три часа пробило. Недалеко от кладбища стояла церковка, оттуда колокол три раза и звякнул, кто-то там, значит, отбивал время.

Народу на кладбище было очень мало, оно и понятно, будний день, плюс время такое, хоронят, как правило, с утра. Пока шли к могиле, Кириллу бросились в глаза двое мужчин-близнецов, шедших по параллельной аллее. Одеты в чёрные длиннополые пальто, на головах замшевые тёплые шапки с козырьками.

Странное дело, почему близнецы всегда одинаково одеваются, сколько бы им лет не было! Казалось бы, наоборот, надо пытаться отличаться друг от друга, по крайней мере, с возрастом, а они всячески подчёркивают свою схожесть, гордятся ею, что ли?!.. Из-за этого всегда, когда их видишь, возникает ощущение какой-то неловкости, будто они ещё не выросли, по-прежнему считают себя детьми, которых одевали родители, покупали сразу на двоих то же самое, чтобы голову не ломать…

У могилы стояли молча.

Даша свою обычную трескотню прекратила, смотрела сначала отрешённо, потом стала носиком потягивать, всхлипывать и, как ни старалась удержаться, но, в конце концов, разревелась, уткнулась Кириллу в куртку. Он не мешал, дал ей выплакаться.

И сам, честно говоря, был на грани, еле сдерживался, пару раз смахивал слёзы. Вспоминал Светку, все эти их матримониальные планы, покупки, хлопоты, шитьё платья у проклятой портнихи.

Назад шли, не глядя друг на друга.