Зелёная зона

Однако странные скрежещущие звуки, наполнявшие комнату, те самые хриплые, монотонные, напугавшие лося, заставили его вновь оторвать от подушки чугунную голову и мутным взглядом обвести комнату.

Комната плыла и дрожала. Предметы были нерезкими, звуки ужасающими. Мужчина нашарил очки на тумбочке рядом с кроватью и, непрерывно морщась, нацепил их.

Серые близорукие глаза его обрели наконец более или менее осмысленное выражение. Сразу же стал понятен и источник странных звуков. Они доносились из стоящего на высокой этажерке старинного граммофона, иголка которого подпрыгивала на одном и том же месте пластинки.

Мужчина прислушался, пытаясь разобрать слова.

«До-ро-га-я А-ри-на!..» – хрипел граммофон низким, словно издевающимся голосом.

Мужчина собрал всю свою волю, откинул одеяло, сел.

В голове с удвоенной силой заработала наковальня.

– А-а-а-а! Чтоб вас всех! Вашу мать! – простонал мужчина.

Медленно, с трудом встал и, не переставая стонать, морщиться и ругаться, прошлепал к граммофону, после чего назойливый звук наконец прекратился, образовав в доме непривычную, еще более странную тишину.

Затем мужчина двинулся на кухню, где стал греметь ящиками и дверцами шкафчиков.

Обнаружил аспирин, высыпал на руку несколько таблеток и судорожно проглотил их, запив остатками извлеченной из холодильника минералки. Окружающий мир стал понемногу обретать знакомые очертания.

Мужчина посмотрел в окно.

Ветер чуть-чуть поутих, но деревья все еще угрожающе покачивались с шелестящим, скрипучим, задевающим нервы звуком.

Мужчине явно не понравилось то, что он увидел. Он покачал головой и поплелся в ванную.

Там он снял с себя очки, положил их рядом с умывальником и посмотрел в зеркало.

Опухшее лицо с темными кругами под глазами также не вызвало у него симпатии. Он снова покачал головой.

Да и в самом деле ничего особенного как будто в этом лице не было. Чуть курносый нос, веснушки, мягкий подбородок.

Взгляд, как у всяких близоруких людей, кажется слегка наивным, растерянным. Только уж очень искушенный наблюдатель разглядел бы в глубине этих серых глаз благородство и доброту, а в мягких чертах лица, возможно, обнаружил бы и целеустремленность, и твердость характера.

Мужчина до отказа открыл кран душа, встал под колющие тело струйки. Некоторое время стоял неподвижно, запрокинув голову и закрыв глаза.