Мертвая земля

Кузнец оказался самым крепким и стал единственным, кто смог нанести Йоахиму хоть какой-то вред. Он схватил его за волосы и съездил кулаком прямо в челюсть. От этого бледноликий немного пошатнулся, но, быстро придя в себя, выкрутился, заломал руку кузнецу, толкнул его и проводил пинком в поясницу. Вся эта кутерьма и не думала прекращаться. Вдруг кто-то вытащил нож и понёсся с криками на Йоахима. К этому времени гнев уже порядком пробрал его тело и разум. Он сделал шаг назад, соединил ладони, будто концертируя всю свою мощь, и крикнул:

– Tiflos!

На секунду все замолчали, но дальше последовал протяженный крик.

– А-а-а, мои глаза! – Крестьянин, выхвативший нож, упал на пол и схватился за лицо. – Ты… ты ослепил меня! Чернокнижник! Колдун!

По испуганной толпе Йоахим сразу понял, что на этом представление можно заканчивать.

– Убирайтесь отсюда, иначе то же самое произойдёт с вами. – Он указал на ослеплённого бедолагу пальцем.

Толпа, все еще разъяренная и недовольная, нехотя разбрелась по углам.

Йоахим наклонился к тому самому бедолаге.

– Будешь себя хорошо вести. – Прошептал он. – Зрение вернется через день или два. Усек? Да хватит стонать, не так уж это и больно.

Не услышав в ответ ничего, кроме непонятных ругательств, Йоахим встал на ноги, поднял со стола кошель и кинул его трактирщику.

– Это за погром.

Лавдос все это время сидел с открытым ртом. Не оправившийся от удивления, он попытался что-то промямлить и остановить Йоахима.

– До завтра. – Ответил на его бубнеж бледноликий и двинулся к своей комнате через крестьян.

Никто не посмел его остановить…

* * *

Комнатка, которую Йоахим для себя снял, была не позволительно простой – круглый деревянный столик и кровать, набитая соломой и укрытая кабаньей шкурой. Здесь не расщедрились даже на стул или табурет, хотя они вряд ли бы нашли себе тут места.

Йоахим не стал особо расхаживать по крохотной комнате и сразу же лег на койку. Он должен был уже спать, но беспокойство его не отпускало.

В логове врага нужно будет вести себя тихо, поэтому на завтра он приготовил для себя лишь два коротких кинжала и более всего рассчитывал на то, что они ему не пригодятся. Но если все-таки что-то пойдет не по плану, не будет ли этого слишком мало? Приготовить затирку, намазать масло или яду на острие кинжала – на это еще можно было найти время. Однако ингредиентов для них почти не оставалось, и жаба, душившая Йоахима, оказалась сильнее желания подстраховаться.