Броуновское движение

– Так кто он, генерал?

Гримальди колебался, что-то обдумывая. Но все же, наконец, решился:

– Это Василиск Погостини, – затем, помедлив, добавил, – он и вывел нас к тематическим разработкам Восточного альянса.

– Нас – это кого? – настойчиво спросил полковник.

– Нас, это штаб западных объединенных сил. Но информацией владеют только четверо. Василиск, я, начальник штаба Янг Пиглз. Каждый знает часть информации. Василиск – тему разработок. Пиглз – группу ученых. Я занимался «Объектом-44». На этапе силовых действий решено было подключить вас.

За сценой раздались оглушительные аплодисменты. Видимо, Геракл опять победил кентавра. Пелео де Гримальди пошел к зеркально перевернутому голографическому образу и, перекрикивая толпу, заявил:

– Вот, теперь вы все знаете! Вам не удастся никого исключить из списка посвященных, всего никто не знает!

Повернувшись к полковнику, генерал увидел дуло игольчатого пистолета, нацеленного ему в лоб.

Прищуренные глаза и кривая улыбка Шор Кана были зловещи:

– «Объект-44» – отыгранная комбинация, генерал.

А список, как вы выразились, посвященных, нужно сокращать. Если я не избавлюсь от вас, то вы уберете меня.

Шор Кан нажал на спусковой крючок, не дав генералу ничего сказать в ответ. Вид распростертого тела ни сколько не смутил бывалого полковника. Кан уселся в кресло и закурил. За долгие годы службы у него было много операций, случались и провалы, но все это была мелочь, не стоящая внимания. Он почувствовал, что, наконец, удача улыбается ему.

Единственная нить к пропавшему грузу была у него в руках. Шор Кан не собирался продавать информацию, он собирался стать партнером Василиска Погостини.

Воодушевленный открывающимися перспективами полковник вышел на улицу прямо сквозь голографический экран. Женщина в толпе зрителей спросила:

– Вы видели русалок? Они настоящие?

– Не знаю, – ответил улыбающийся Шор.

– А можно мне зайти?

– Попробуйте.

Очередной шаг полковнику был ясен: нужно срочно перебраться в Нью–Йорк.

Идя к лифту, он купил у лоточника мороженое в форме розы и с аппетитом ел, разглядывая красоты цветочного рынка. Женский визг со стороны голографического аттракциона его не взволновал. Труп обнаружили. Свидетели из толпы указывали в его сторону. Кан сделался подозреваемым. Он не оглянулся даже тогда, когда полицейские его окликнули. Шор Кан был опытным оперативником. Он все рассчитал.

– Стой, – полиция уже двигалась по направлению к нему.