Бесконечная чернота

– Простите, сэр, – мгновенно отреагировала ЭфЭр, – но судя по вашим же знаниям, которые я смогла считать, слово звучит как «Энцелад» и является названием спутника Сатурна.

Существовала поговорка: «Как корабль назовёшь, так он и поплывёт». Ещё я помнил, что Энцелад назван в честь гиганта Энкелада из древнегреческой мифологии. Но дальше этого моё любопытство не зашло.

– Да, всё так, молодец. А теперь повторяю, дредноут будет называться «Энкеладус». Так пафоснее и загадочнее.

– Есть, капитан.

– И ещё, насчёт пушек.

Если обрезы такие крутые, зачем тогда вообще электро-что-то-там винтовки?

– Максимальная дальность гравитационных излучателей без потери убойной силы равна 200 метрам. Затем мощность импульса резко падает вплоть до 0% на 500 метрах. Максимальная дальность электромагнитных ускорителей без потери пробивной способности равна 3000 метрам, после чего следующие 2000 метров скорость снаряда падает.

– Ясно. Реально дробовик и снайперка по меркам инопланетных инженеров. А вот бесполезные пистолеты, если я правильно помню, бьют на 100 метров дальше обреза.

Но мне они точно не нужны. В экспедицию возьму два излучателя и один ускоритель.

Пока мы болтали, я рассматривал фрегат снизу. Днище было почти ровным, разве что по бокам выпирали большие полусферы. Видимо, генераторы гравитации для вертикальных взлётов и посадок. На другом конце фрегата располагались сопла ионных двигателей.

Учитывая отсутствие челноков и других атмосферных летающих аппаратов, я сделал вывод, что все корабли, включая сам дредноут, могут приземляться на планетах.

Когда спросил у ЭфЭр, она подтвердила мои догадки:

– Весь транспорт оснащён генераторами внешнего гравитационного и электромагнитного поля, что позволяет эксплуатировать аппараты в самых тяжёлых условиях.

С лже-Нептуна вернулись несколько побитых атмосферой роботов-шахтёров, принеся с собой заполненные почти доверху баллоны с газом. Промышленные синтезаторы перегнали его в топливо и «заправили» ионные двигатели грузовоза.

Получилось впритык – не меньше и не больше.

Я прошёл внутрь корабля, осмотрев трюм и рубку, на последней задержался.

– Напомни, это ведь лобовые стёкла, а не экраны мониторов? – указал я на обзорные окна фрегата.

– Псевдостекло достаточно прочное, чтобы выдержать несколько попаданий крупных метеоритов. Является третьим по прочности материалом на корабле после деталей гиперпривода и внешней обшивки корпуса, – гордо «прорекламировала товар» ЭфЭр.