Статист

Присесть можно?

– Садись! Хочу предупредить, что помощь следствию будет учтена на суде.

– А меня обвиняют, осмелюсь спросить, в чём?

– Ты дурака не валяй! В заказных убийствах!

– Ну, так и ты, майор, дурака не валяй. Как же, зачтётся! Вместо двух пожизненных дадут одно?

– Не хочешь, не надо – сами найдём. Приступайте, ребята. А понятых прошу подойти ближе. Оператор, можно начинать съемку.

– А, я вспомнил! – воскликнул Роман. – Я вспомнил, где моя винтовка. Прошу занести в протокол как добровольное признание.

– Хорошо, говори, – дружелюбно сказал майор.

– Свою винтовку Драгунова под номером два двадцать один тринадцать я сдал за два месяца до увольнения капитану Крюкову, заведующему оружейным складом воинской части номер… Нет, это закрытая информация. Без особого разрешения назвать не могу.

– Приступайте! – рявкнул майор. – А ты у меня дошутишься, орёлик. И не такие становились разговорчивыми в моём кабинете.

– Задери мою футболку, майор, и ты поймёшь, что пугать меня – пустая затея.

Пуганый.

Полицейский после недолгих колебаний обнажил торс арестованного. Все находившиеся в комнате с любопытством принялись рассматривать испещрённое многочисленными шрамами тело мужчины.

– А вы что уставились? Работайте! – рявкнул начальник на подчинённых. – Ищите!

Когда один из сотрудников добрался до кожаного чемодана, майор воскликнул:

– Внимание, понятые! Подойдите сюда. Продолжайте съёмку, оператор. Откройте чемодан.

Молодой лейтенант поднял крышку чемодана и стал выкладывать из него вещи.

По мере того как пустел чемодан, глаза майора округлялись всё больше и больше. Роман в душе покатывался от хохота, но внешне выглядел абсолютно спокойным и безучастным, будто происходящее вокруг него было малозначимым и неинтересным.

– Попрошу аккуратно, – сказал он, – это вещи моей покойной матушки.

Встретившись взглядом с майором, Роман понял, что в этот момент тот готов был убить его. И этот факт его обнадёжил – явный враг раскрыл себя.

Было очевидно, что этот человек – одно из звеньев преступной цепочки, готовой его уничтожить ради кого-то другого, очень ценного, кого в жертву принести нельзя.

Обыск длился ещё несколько часов. Обстучали стены и полы, передвинули всю мебель. Результат нулевой.

– Ладно, пакуйте его в автозак, – сказал майор. – Я еду с ним, а вы переройте подвал, чердак, пройдитесь по соседям. Ищите! Ищите! Но без результата лучше не попадайтесь мне на глаза.