Борьба: Пленники Тьмы

«Килограммов 125, а…»

«Что?» – опомнился командир.

«ТЫ спросил про Выход».

«Ах, да. И?»

«Мы – 125, 647-ая – 80. Я уже поговорил, так что можешь не пробовать, говорят их сегодня сильно секут».

«Ещё не закончили работу и уже секут… – по наказаниям у чумов был целый устав – Хорошо. Мы организуем передачу», – ответил Гора и снова подумал: «Это ведь и правда шанс».

По возвращении командира на место сортировки сома начала работу. Но Гору сейчас это как-то не интересовало: впервые за свои сорок пять лет он увидел реальный шанс освободить людей.

«Гора», – позвал Константин своего командира.

Тот в свою очередь «очнулся» уже в третий раз за день: «Что?»

«Рафаил. Он решил выйти сегодня».

«Где он?»

Зам показал куда-то в середину зала, где за спинами и лицами, а так же, конечно, метановой пылью, которой был забит каждый уголок шахты, нельзя было разглядеть ровным счётом ничего.

После десятиминутного поиска молодой парень Рафаил (номер 97899213В2; категория «В2» – «серый» рабочий) был найден.

«Ты что, специально?»

Пять дней назад взорвался метан, и 381-ая сома потеряла троих убитыми и одного раненым. Этим раненым и был Рафаил: ожог второй степени на полруки. Гора выдал ему «отпуск» (за теми, кто не работал, чумы не следили, пока план выполнялся).

«Я уже здоров», – ответил парень, продолжая отмывать землю от угольков, не поднимая головы. Пузырёк от ожога лопнул, затем лопнул ещё один: прозрачная жидкость потекла в воду. Рафаил вздрогнул, затем затряслась рука, но головы он всё же не поднял.

«Перестань. Это приказ», – скомандовал Гавриил.

Рафаил остановился и поднял голову. Серые непроницаемы глаза выражали спокойствие и сдержанность. Высокий лоб и поразительно белая кожа. Она казалась белой, несмотря на очевидную угольную грязь, покрывавшую её почти везде; и даже отдавала синеватым цветом. Гавриил видел в нём потомка ариев, которых считали удивительно развитой и гармоничной цивилизацией.

«Я не могу не работать. Ты же понимаешь это», – ответил парень и впился командиру в глаза своим тяжёлым стеклянным взглядом.

Единственным человеком, способным «переводить» это взгляд, являлся Гора. Он часто наблюдал своим самым уравновешенным подчинённым и всегда видел в первую очередь печаль. Его глаза часто смотрели не на чумов, а на людей, занятых работой; они изливались кровью от того, что все трудности, пройденные людьми не приносят никакого толку. Глаза смотрели и страдали от чужого рабства.