Борьба: Стальная хватка

Интересно, а Кобра также осталял свою охрану у входа, также сдавал оружие, также ждал перед дверью, пока не позовут? Сдавалось, что нет. Что тогда были несколько другие времена. Такие, когда можно было себе получить хорошенькое место в этом раскладе, и Ворон бы его получил, если бы не был так самонадеян и кичлив на свое положение, расценивая Гору, как временное и не жизнеспособное являение… И вот, какую цену теперь приходится за это платить…

Наконец, его позвали внутрь. Он уж думал, что теперь и его помощнику прикажут остаться на месте, но нет – ему тоже разрешили войти.

Внутри стояло несколько человек с разных сторон от стола, еще по одному с каждой стороны от входной двери. У некоторых из них одна рука была за спиной, без сомнения удерживая в скрытой руке оружие. Ближе всех к префекту стоял намного моложе всех остальных человек в камуфляжной, а не черной, как у всех остальных, форме. Видимо, второе лицо этой автономии – Тихомиров. Выдержанный и хитрый, именно каким его обризовывали осведомители.

Сам Гора сидел за столом с весьма строгим выражением лица, чему особенно придавал красок здоровенный плакат сзади него с изображением огромного клыка и двух кирок, пересеченных под ним – символ Автономии «Донецк-Макеевка».

– Вы можете присесть на стул напротив, – сказал тот, что был справа от двери.

Стул, стоящий прямо напротив стола префекта выглядел в каком-то роде, как место для допросов, хоть и без пристрастий. Но другого, видимо, и не ожидалось.

Человек, руководивший всем этим явно не собирался демонстрировать, что ему здесь кто-то может быт равен. Командир хиви присел на стул.

– Вы заставили меня ждать, господин префект, – начал Ворон, и тут же, поняв, что начало не столь подходящее, продолжил. – Надеюсь, это не признак того, что Вы за что-то наточили на нас зуб?

– Вы ждали, господин Ворон. – Гора отвечал, даже не моргая, не злобно или грозно, а как сам дьявол, объясняя суть вещей продавшему ему душу человеку. – Потому что на то был мой приказ.

И ничей больше. И Вы уже прекрасно поняли, что здесь ничто не делается без моего согласия. Вы хотели поговорить со мной лично. И теперь у Вас есть эта возможность. Я свое слово держу.

Ворон немного поерзал на месте, потом сказал:

– Мне бы хотелось быть с Вами предельно откровенным. Потому я сразу спрашу. Вы считаете нас друзьями?

– Вы прикрываете наши позиции на поверхности. Мы осуществляем добычу сырья для Империи.