Сахалинский репортаж. Вокруг острова на мотоциклах. 1957 год

Навестили новые ясли, которые готовились к приему детворы.

Быть может, мы так и уехали бы из колхоза, не увидев самого важного, самого главного, если бы не разговор, который начался на крылечке правления.

– Ясли построили, это хорошо. А что со свинофермой будем делать, никому не известно… – промолвил один из колхозников.

Мы деликатно промолчали. Не по тому, с какой охотой откликнулись на это замечание присутствующие, стало ясно, что наш недовольный собеседник затронул неслучайный вопрос. Разом заговорили – о новом председателе, ферме, поросятах и многом, многом другом.

Оказывается, новый председатель, бывший бригадир проходчиков шахты «Шебунино», а ныне тридцатитысячник Александр Тимофеевич Познахирко начал свою работу в колхозе весьма энергично. Уже через неделю ему пришлось понять мудрость житейского правила: «Для каждого мил не будешь».

Началось, как будто бы, с мелочи. С поросят.

В «Красном сахалинце» из года в год велась неписанная традиция. После марта, когда пройдут опоросы, свиноферма за неделю пустела.

Весь приплод продавался колхозникам.

К такому положению привыкли, оно казалось нормальным и законным. Поэтому, когда в один прекрасный день индивидуальные свиноводы возвратились с фермы с пустыми мешками, возмущению не было конца.

– Неправильно поступаешь, Александр Тимофеевич, – упрекали нового председателя. – В колхозе ты без году неделя, а уже не хочешь интересы колхозников блюсти…

Председатель стоял на своем. Для колхоза, доказывал он, продавать поросят невыгодно.

– Торговать нужно мясом, а не месячниками!

Дошел спор до райисполкома. Приезжали в колхоз его работники, разбирали письма жалобщиков. И им доказывал председатель, что поросята нужны на ферме.

Начинали в тот год в артели вводить ежемесячное авансирование. Оно требовало постоянных ежемесячных поступлений в колхозную кассу. Регулярную прибыль, не связанную с урожаем, давало молочное хозяйство, но средств на авансы все-таки не хватало.

Новый председатель видел выход только в развитии свиноводства.

Поросята – это будущее мясо, живые деньги. И Александр Тимофеевич добился своего. Двадцать семь поросят вместе с пятнадцатью свиноматками и двумя производителями остались в колхозном стаде.

Первый год свиноферма вела полулегальное существование. Правление не торопилось утверждать ее. Колхозники привыкли к тому, что свиноферма должна давать доход хоть и небольшой, но немедленно.

Опыт удался не сразу.