Легенда о двенадцати ковчегах

Помимо обычного снаряжения и инструмента, Бершинский вписал туда дюжину динамитных шашек.

– Динамит? Это еще зачем? – удивился Пучков.

– На всякий случай.

– А как мы его провезем и, главное, где мы его достанем?

– Я, Тёма, тоже умею заводить нужные знакомства. А как провезти, подумаем. Тем более если поедем на автомобиле…

– Еще один вопрос, Альберт Родионович. Что будем делать с той женщиной?

– С Ариной? – Профессор вспомнил необыкновенные голубые глаза, и невольно сглотнул: – А что с ней делать?

– Во-первых, она тоже наверняка потребует свою долю и будет права – ведь это она принесла нам карту.

А во-вторых, меня не покидает ощущение, что эта красотка захочет, чтобы мы взяли ее с собой.

– Ни за что! – отрезал Бершинский, при этом невольно ловя носом аромат грейпфрута, до сих пор витавший в воздухе. – Ты же знаешь мое правило: никаких женщин в экспедиции.

– Я-то знаю, а она – нет. Арина выглядит довольно решительной дамой.

– Я подумаю. Мы ведь завтра с ней встречаемся? Ну, скажем ей, что с собой взять не можем.

А если начнет настаивать, вернем скрижаль и откажемся от дальнейшего сотрудничества.

– И вы сможете? – выпучил глаза Пучков.

– Что смогу?

– Отказаться. От такого.

– Ты прав, отказаться будет сложно. – В памяти у Бершинского вновь всплыли глаза Арины, ее чувственные губы, он вздохнул: – Но все равно попытаемся ее отговорить.

– Тогда она сама туда приедет. Без нас. Это ведь ее родина.

– Очень может быть. Значит, у нас не будет выбора и придется взять ее с собой.

– Еще одно исключение?

– Ты же сам говоришь – всё когда-нибудь случается в первый раз. Придется ради науки приглушить свой мужской шовинизм. Но это – в крайнем случае. Задача номер один – отговорить ее.

3

Арина вышла из здания университета и в задумчивости остановилась посреди улицы. Куда теперь идти? Она взяла отпуск на целых три недели и теперь совершенно не знала, куда себя деть. Ехать домой, в Мытищи, ей не хотелось. Немного поразмыслив, она пешком направилась в центр города.

В Москве в это время хорошо: июль, многие горожане разъехались, кто на море, кто в деревню, а кто на свои приусадебные участки в садовых товариществах, гордо именуемые дачами или, как напоминание о прошлом буме бразильских сериалов – фазендами. Только в отличие от настоящих фазенд на этих трудятся в поте лица сами хозяева, а не жестоко эксплуатируемые рабы.

Конечно, все так же много машин, отравляющих и без того загрязненную атмосферу мегаполиса.