Роза пустыни

Если я подъеду в половине девятого, вам будет удобно?

– Какой пакет?! Вы знаете, сколько сейчас времени?

– Я прошу прощения за столь ранний звонок, но дело не терпит отлагательства. У меня приказ доставить вам пакет. Если в половине девятого для вас слишком рано, я могу подъехать к девяти. Но не позднее, это крайний срок.

– А вы можете мне сказать, что это за пакет, чёрт подери?

– Неуполномочен. Вы сами всё увидите. Так когда мне у вас быть?

– Ладно, давайте в полдевятого, – вздохнул Захар.

– Хорошо, ждите.

До свидания.

В трубке послышались гудки.

– Кто это был? – спросила Евдокия, когда он вернулся в спальню. Она уже накинула халат и прибирала постель.

– Да чёрт его знает! Какой-то срочный пакет.

– Пакет? – изумилась Евдокия. – А они, часом, не ошиблись? Что-то я уже давно подобного не слышала. Будто ты вновь на службе. А от кого?

– Если бы я знал! Ничего не говорят. Доставят – увидим. Ты сегодня до скольки работаешь?

– До трёх. Но мне надо будет задержаться – у нас педсовет… Ой, извини! – спохватилась она, посмотрев на застланную кровать.

 – Я как-то машинально… Может, ты ещё поспишь? Давай, я обратно постелю?

– Нет, уже не хочется, – махнул рукой Захар. – Иди, умывайся, я пока за почтой схожу да завтрак приготовлю.

Вернувшись, Захар прошёл на кухню, некоторое время задумчиво смотрел в окно, затем включил плиту и принялся за ставшее уже привычным утреннее дело – готовить завтрак для жены.

– Ты сегодня как-то очень официально выглядишь, – заметил он, когда Евдокия появилась на кухне уже при полном параде, причёсанная и пахнущая вкусными духами.

– Мне с утра нужно в РайОНО съездить, директор поручил, – пояснила та.

– А, понятно, – протянул Захар.

В восемь Евдокия ушла, а Захар присел у кухонного стола и раскрыл свежую газету. Чтение прессы по утрам было его излюбленным занятием. Вот уже двадцать лет как он регулярно выписывал две газеты: «Красную звезду» и «Аргументы и факты», – ни разу за эти годы не изменив своему выбору.

Конечно, многое в этих газетах стало другим: и стиль, и интонации, и позиция. Но Захару даже интересно было наблюдать за этими переменами, они очень чётко отражали те процессы, которые происходили в обществе, те события, которыми пестрел мир, планомерно двигаясь к непонятному и неизвестному завтра.

Ровно в восемь тридцать раздался звонок в дверь. Захар отложил газету и пошёл открывать. На пороге стоял молодой мужчина в тёмном костюме и тёмных очках.