И Аз воздам

– Увы, – Мари снова рассмеялась, оставив его в недоумении, к чему относилось это «увы»: к тому ли, что ему показалось, или к тому, что они не встречались.

Первый

Они встречались. Он был в числе тех, кто расстрелял её жениха Владимира Игнатьева. И он стал первым её мужчиной. И её убийцей. То есть, он хотел её убить, стрелял практически в упор – пуля прошла вскользь, лишив её сознания. Она выжила. Мария Шаховская после многих приключений стала графиней Мари фон Вартбург.

Впрочем, читатель наверняка понял это и без подсказки автора.

По какой-то непонятной то ли иронии, то ли злой насмешки судьбы, убийца жениха Марии являлся почти полным его тёзкой. Отличались лишь отчества. Жениха звали Владимир Николаевич, его убийцу – Владимир Трофимович.

Его отец Трофим Игнатьев служил кучером у князя Николая Жевахина. Мать – Алёна – находилась здесь же в горничных. Здоровая, красивая – из тех, про которых говорят «кровь с молоком». И неимоверно распутная. Не князь соблазнил её, она – тогда 16-летняя уже не девушка – буквально затащила его на себя.

Её, беременную, снабдив небольшим приданым, князь сплавил Трофиму в жёны. И родился Владимир. Так что, по факту он был Владимир Николаевич. Правда, всё равно полным тёзкой своей жертве он не приходился, поскольку фамилию должен был носить – Жевахин.

Мальчик унаследовал от князя изысканную мужскую красоту и аристократизм облика, был его точной копией. За что Трофим накрепко невзлюбил Владимира, каждодневно напоминавшего ему о стыдной сделке.

А заодно и доставшуюся от князя жену. Частенько поколачивал обоих. Когда напивался – случалось это довольно часто – бил смертным боем.

Князь не вмешивался в дела семьи своего сына, хотя прекрасно знал, что происходит. У него появилась молодая жена, и он от греха подальше просто выгнал Игнатьевых на улицу. Сунул, правда, Алёне сотенную. «Потрать на сына, своему битюгу не отдавай», – сказал лишь на прощанье.

Деньги были очень хорошие, Алёна тут же начала запрятывать дорогую ассигнацию понадёжней, в самое сокровенное место.

Барин поглядел, вздохнул глубоко, хотел было передумать выгонять… И – не передумал.

Игнатьевы сняли комнатушку в одном из убогих жилищ на Хитровке. Трофим попробовал найти занятие по своему кучерскому делу, но оно требовало немалых капиталов, коих негде было взять. Потаённую сотенную, кстати, он нашёл быстро, но всю спустил в короткое время.