И Аз воздам

Деятельная мама тут же начала хлопотать об устройстве трудного чада в другую гимназию, но по учебным заведениям Москвы уже пошёл гулять слушок о паскудном мальчике, который ни во что не ставит преподавателей и гоняет однокорытников почём зря. Получив отказ в нескольких гимназиях и даже в реальных училищах, Алёна призадумалась. Другая бы на её месте опустила руки, но только не она.

«А вот хера вам всем с перекусом!» – мысленно сказала руководителям московского образования Алёна и обратилась к своему постоянному клиенту Семёну Савенко, более известному в определённых кругах как Сова – иван, атаман одной из хитрованских шаек, промышлявшей разбоем и другим попутным ремеслом.

– Да вот хера им всем с перекусом! – сказал неизвестно по чьему адресу Сова и обнадёжил подругу. – Выбирай, Алёна, какую хочешь гимназию – сами пригласят нашего Вовку.

И Вовку действительно пригласили. Вместе с ним в гимназию пришла его громкая слава, с ним предпочитали не связываться, оставили в покое, и он учился в свободном режиме: хотел – приходил в класс, хотел – погуливал.

Тем более что Семён принялся натаскивать его на своё дело, как щенка на охоту. Владимиру стукнуло 16, и это был уже законченный тип хитрованца: наглый, не боящийся ни бога, ни чёрта, ни городового.

Война вырвала из рядов шайки атамана. Семён, уходя на фронт, оставил после себя иваном Владимира. Никто не вякнул – Сова умел убеждать.

Да и дела отнюдь не пошли вниз – даже потихоньку потянулись в гору. Чему, конечно, в немалой степени поспособствовала война, втянувшая в себя наиболее сильных и бесстрашных обывателей – обороняться от лиходеев стало некому.

Помогала и необыкновенная внешность атамана. Ну кто бы подумал, что этакий ангельский красавец может обмануть, ограбить, изнасиловать. Между тем, Владимир, перед которым охотно распахивались двери богатых вдов, перестарок, солдаток, творил и первое, и второе, и третье.

И всякое другое прочее.

Через полгода появился Семён. В ответ на расспросы – откуда да как? – лишь изрекал любимое: «Да вот хера им всем с перекусом!». Старый иван одобрил многообразную деятельность молодого ивана, дальше жизнь покатилась по испытанному руслу.

В топкое болото Хитровки рухнули обломки старой жизни, не устоявшей под ветрами революции. Волны перемен нахлынули и сюда.