Закрытый объект

– Не совсем понимаю…

– Поймёшь всё в своё время. Итак, спрашиваю последний раз. Ты хочешь снова видеть?

– Да! Чёрт тебя дери! Да!..

Россия, 2012 год

В армию Алексей Семёнов пошел, как и многие в то время. Сначала отучился в университете. Потом догнала повестка, так как не было «мазы» от этого дела. Реформа шла полным ходом, и срочники несколько лет служили всего по году. На распределке[1 - Распределок – военный распределительный пункт, в котором призывники формируются по родам войск и воинским частям.

] выдали новую форму: камуфляж, берцы и шапку. Единственное, что напоминало о прошлой эпохе – это жёлтая бляха на ремне со звездой и советским «Серпом и Молотом» посредине. Отправили служить в какую-то тьму-таракань на Дальнем Востоке. Войска связи. Несколько дней тряслись с другими новобранцами в поезде. А уже от ж/д вокзала до части добирались на армейском «Камазе». На месте довольно обыденная для армии картина: небольшой гарнизон, расположенный среди лесной чащи, КПП[2 - КПП – контрольно-пропускной пункт, предназначенный для контроля за проходом или проездом (посещением) и пропуском на территорию какого-либо режимного объекта (в войсковую часть, учреждение, в закрытые охраняемые зоны). ], хмурые солдатики. Затем в санчасть. После – большая столовая. И, наконец, новый дом на целый год – трёхэтажная, с потрескавшейся штукатуркой, казарма. Где-то дальше располагалась техзона[3 - Техзона – армейская техническая зона, на территории которой располагаются особые военные объекты: здания связи, стоянка спецтехники, радиовышки и т. д.], где несли службу офицеры-связисты. Пока ехали сюда, Алексей уже наслушался всяких страшилок про здешние места. Как это обычно бывает в солдатском фольклоре, кто-то кого-то знал, а тот что-то когда-то слышал про эту воинскую часть. В общем, место не «фонтан», но служить можно. Омрачали картину несколько случаев солдатского суицида. «У каждого своя психика и свой предел», – думал Алексей, когда слышал эти истории. К тому же ему казалось, что это всё дела минувших времён, когда армия была больна дедовщиной, а на дворе стояли лихие 1990-е.

Алексею выпало служить в самой нижней касте воинской части – роте обеспечения (хозрота). Поскольку его служба только началась, дни тянулись и походили на каторгу. С утра до вечера он вместе с остальными новобранцами разгребал снежные завалы на территории гарнизона. Снег в этих местах валил как проклятый.