За гранью добра и зла. Том 2. Шут и Пророчество

Я, правда, сам его только мельком видел. Там деревья цветут, птички поют… Может, как-нибудь погуляем там? Если не хочешь, я не заставляю, ты не подумай.

– Можно и погулять, – согласилась девушка. – Почему бы и нет? Я люблю цветущие деревья и птичек.

– «Почему бы и нет?» – эти слова стоило бы увековечить в мраморе, – не удержался от комментария я. Выдержал театральную паузу и закончил: – Над вратами в преисподнюю. О, сколько всего было сделано людьми после слов «Почему бы и нет?»!

– Заткнись, Джест, – попросила Пакс.

 – Я договорилась со Спарк, что она не станет нападать на присутствующих, но насчёт тебя были отдельные оговорки – если ты не станешь петь и нести околесицу.

– Так что мне теперь, вообще рот не открывать?! – возмутился я. И ведь не поймёшь по лицу этой миротворицы, шутит она или всерьёз. А от женского сговора всего можно ожидать, обычно следует ждать худшего и это ещё окажется слишком оптимистичным предположением.

– Открывай, – разрешила Пакс, – и лей туда пиво.

И тебе хорошо, и нам спокойно.

– Ну и как хотите. – Я надулся, сделав вид, что обиделся. – Мне вот во сне почти тайны мироздания открыли, а с вами я ими теперь делиться не стану.

– Да передайте ему уже кто-нибудь кувшин с пивом! – театрально всплеснув руками, взвыл Сэвидж.

В последующие дни Сэвидж продолжил увиваться вокруг Спарк, причём старался делать это ненавязчиво, как бы между делом. То подпругу на седле, якобы плохо закреплённую нерадивым конюхом, подтянет, то вдруг найдёт в погребе пыльную бутыль вина вековой давности, вроде как давно забытую хозяевами и предложит вместе продегустировать, потому что других ценителей тут нет.

Лорды не возражали, хотя подозреваю, в винах разбирались получше Дика, а про ту бутыль Расл вовсе и не думал забывать, но чем не пожертвуешь ради союзника.

К моему удивлению, Спарк, частенько выезжающая из замка на прогулки то одна, то в компании Сэвиджа, каждый раз возвращалась обратно. Я-то ждал, что она сбежит при первой подвернувшейся возможности.

Что могла сказать ей Пакс, так на неё повлиявшее, я даже вообразить не пытался. Слишком мало я знал как о паладинах Храма Луны, так и о самой миротворице, чтобы строить какие-то обоснованные догадки.

Перестав бросаться на всех встречных мужчин с мечом в руках, храмовница оказалась не так уж плоха в общении. Правда, со мной она оставалась холодна и старалась всё время подколоть и уязвить, чем напомнила Мирэ.