Часовая башня

Только сейчас понял все недостатки высоких потолков. Боже! Сколько же ступеней! Часто останавливался для того, чтобы передохнуть и отдышаться. Не думал оказаться сегодня в бывшей квартире, которую уже считал потерянной, так и не сумев продать. Может не особо-то и пытался, но, цены, что предлагали за неё были так малы, а инфляция так стремительна, что оставил эту затею, да и маклер убеждал к тому же, до самого последнего дня мужественно обнадёживая его, пока не покинул страну.

Бежали все. Начни он разговор с кем-либо на улице, боялся, что не сможет закончить по причине бегства оппонента.

Вот она. Номер четыре. Почему-то отсутствует медная табличка с его фамилией. Пошарил в карманах. Ключа нигде не было. Вспомнил – в саке. Открыл, содержимое высыпалось на пол. В беспомощности присел. Начал собирать рассыпанное. Сверху послышался скрип двери, затем шаги.

– Яков Карлович!? Вы вернулись? – удивилась соседка сверху, жена профессора.

– Да. То есть нет. Не совсем. Только на одну ночь.

– В доме очень холодно.

– Кажется были. Но, не помню.

– Если не найдёте, заходите к нам. Аркадию Михайловичу выделили в совнаркоме.

– Теперь их там распределяют? – попытался улыбнуться Яков Карлович.

– Теперь всё изменилось, спускалась дальше соседка со свечой в руках.

Нашёл. Дрожащей рукой вставил ключ в замочную скважину. Открыл. Вошёл.

Показалось, в квартире, кто-то бывал. Но, это уже не волновало его. Шёл к камину, в гостиную. В нём должны были быть дрова. Так и оказалось.

Сев на корточки, измазавшись сажей, не с первого раза, но, всё же разжёг камин. Долго смотрел за тем, как разгораются дрова не в силах встать на ноги, Протянув ступни к огню, который ещё не сильно грел, облизывая стенки камина, громко треща сухими дровами, заготовленными бережной рукой истопника, еще до революции. Как много времени прошло с тех пор.

Надо было сосредоточиться, понять, как быть ему завтра. Хватит ли денег. Но, у него есть золотые часы, портсигар наконец. Эти люди не погнушаются ничем. Только бы выбраться из этой страны, оказаться за её пределами, убежать от того ужаса, творящегося в ней.

Чуть-чуть согревшись, придвинул диван к камину, подбросил заготовленных дров, прилёг на нём и тут же заснул.

Проснулся на рассвете от страшного холода. Пришлось разжигать камин снова.