Часовая башня

Влюбился в манеру исполнения. Словно проваливаясь в обморок закатывая глаза откидывалась на табурете перед инструментом. Впрочем, как и сама музыка вдруг становясь неземной.

Если бы не женское платье, своими чертами походила на юношу. Возможно виной этому был большой лоб, и, пусть и женственный, но всё же из-за тонкости губ, напоминающий мужской, подбородок.

Впервые попав на её концерт, поймал себя на мысли, что в этот момент нестерпимо захотелось обладать её телом. Но, испугавшись, тут же отогнал её от себя.

Казалось; при душевной утончённости, терпима и благосклонна к мужским недостаткам, что были и у него. Боролся с ними, но не мог же быть святым. Во время её исполнения пятого концерта Бетховена моделировал наивозможнейшие семейные сцены, в каждой из которых оказывалась на высоте, как не давая взять верх над ней, так и не унижая его. Это нравилось Якову, но, забывал; всего лишь его фантазии.

Всё же он слишком увлекающийся человек.

Не находил себе места. Мучился постоянно думая о ней. Этому следовало положить конец.

Но, должен был увидеть её ещё раз. Не просто, подкараулив на улице, на это не хватало наглости, а будучи представлен ей. Как это сделать, ведь у него не было с ней никаких общих знакомых.

Для начала решил, второй раз, купить билет. Уже через неделю, взяв с собой театральный бинокль, сидел в одной, чудом доставшейся ему, так, как все были раскуплены заранее, ложе.

Не мог понять, решить для себя – что это? Сумасшедшая страсть, или любовь. Ведь совершенно не знал её, как женщину, впрочем, как и человека.

Мог ли надеяться, при близком рассмотрении окажется такой, как представлял себе?

Именно тогда и встретил Валерию.

Случайно, в фойе, буквально столкнулся с ней. Сперва даже подумал; это и есть та, кого только что изучал своим ненасытным взглядом на сцене. Даже смутился, не зная, как повести себя. Ещё минуту назад был готов пробираться за сцену с цветами, но, слава Богу, решил для себя; не будет так навязчив – преподнесёт ей их после выступления, спустившись к сцене.

Резко обернувшись в его сторону, без выражения злости, даже малейшей обиды, наоборот, еле заметно, улыбнувшись краешком своих губ, прошла мимо.

И, вот сейчас она, точнее её копия, стояла у него перед глазами. Такая же высокая, но, что-то, более сдержанное было в её поведении, взоре, манере держаться. Нет, не обдало холодом, напротив, увлекло ветром морского бриза, от прошелестевшего мимо платья, слегка коснувшегося его правой руки.