Привык я утром двигать горизонт, или Гениальность не порок, а лишь повод для знакомства. Пародии на стихи Михаила Гундарина. Часть III

Старик – и поэтому стал я гибче:

Как сделал дело, уже не каюсь.

Амфибрахий, хорей и анапест таят тоску

Михаил Гундарин

Дактилически длиться / ямбически биться о

Повсеместное небо, рёбра его и грани,

Во Времена Империй было Большой Игрой,

А сегодня я просто иду в ларёк без названия,

Чтобы взять там бутылку белого, как снега

Той далёкой зимы, плюс золотые шпроты.

Это Солнце Атлантики, мёртвые берега,

Передышка во время Большой Работы!

Владимир Буев

Амфибрахий, хорей и анапест таят тоску,

Что имперское небо было для них закрыто.

Дактиль и ямб истерик ждали, а их к ларьку

Я сегодня отправил в отместку как фаворитов

Тех далёких времён, что растворились в прошлом.

Эта двойка теперь под латвийские шпроты

Пусть станцует изысканно, красиво, не пошло:

Исчерпалась на небо у пары квота.

Такая сильная любовь

Михаил Гундарин

Нелегко уходил – тяжелей вернулся.

Остальное – не повод для разговора.

Облака разбегаются в ритме пульса,

как хорошие люди от прокурора.

Можно стать таксистом, пойти в охрану,

повезёт раскрутиться – открыть «качалку»

Или просто видеть с большого крана

каждый день слева мэрию, справа свалку.

Уходил/увидел: одно и то же.

Даже звёзды в небе и те под током.

Он идёт по проволоке и коже

от моей вины до страны далёкой.

Владимир Буев

ТАКАЯ СИЛЬНАЯ ЛЮБОВЬ

Облака разбегаются в ритме пульса –

позабыли кудрявые ритмы вальса.

Был я юным и гордым, но нынче сдулся.

На коленях приполз к тебе седовласым.

Коль не примешь обратно, то прокурору

я пожалуюсь. Он устроит взбучку.

Иль товарищу из ФСБ майору

пошепчу – он устроит тебе трясучку.

А не то напущу на тебя министра.

Озадачена? Хочешь спросить какого?

Государственных дел специалиста.

Сразу всех. Коль не выйдет, тогда любого.

Даже звёзды в небе – и те под током.

Это я за колючку их смог отправить.

Пусть побудут в неволе – тебе уроком

это станет.

На голову болен

Михаил Гундарин

В рукав рок-н-ролла больной головой вперёд

засунута наша полночь, последняя на Земле.

Плёнка затерта к чёрту, кто её оборвёт –

тому и крутить восьмёрки по бескрайней петле.

Молодость – это один на троих стакан,

меркнущие осколки мелкой оптики дня,

беспечное небо, пошедшее по рукам,

право не быть сильней, обязанность обвинять.

Владимир Буев

На голову болен.