Я, презирая смерть, шагал вперёд, или Сесть я готов на трон. Пародии на стихи Михаила Гундарина. Часть II

Но был ли этот тип приличным человеком,

Коль примагнитил он, заканчивая век,

Двух странных по своей расцветке имяреков?

Поди тут разберись, какой с небес сигнал.

Не белый херувим один. Второй – не чёрный.

Знать, падших нет средь них. Но красный? Маргинал?

Малиновый? Возможно, этот рукотворный.

Андрей Сергеич Птах не хочет околеть,

А потому проснуться тужится активно.

Трёт шею в грёзах он, что начала синеть.

Готов договориться с небом конструктивно.

Не знает Птах Андрей, что был обманут он.

Мошенники за нос всю ночь его водили.

Из кошелька его украден миллион.

…И заодно трюмо злодеи прихватили.

Я, презирая смерть, шагал вперёд

Михаил Гундарин

Я шёл дорогой, сдвинутой на треть.

Ко мне на грудь – расчётливая смерть! –

Кидались сумасшедшие снежинки.

В их постоянстве виден был упрёк,

Но что я мог, полубезумный бог,

Бессильный рок в безжалостных ботинках!

Несчастные! Ведь я не видел прока

Свою структуру раскрывать до срока.

Владимир Буев

Версия 1

Я, презирая смерть, шагал вперёд.

Навстречу мне такие, кто умрёт,

Но тоже первым вправо не свернёт.

И влево, хоть ты тресни, не уйдёт,

Привыкши делать всё наоборот.

Но я герой, а он – тупой урод.

Как только каждый понял: не свернёт другой, –

С дороги враз обоих смыло, как волной.

Версия 2

Снежинки – вот дурёхи! – в мир иной,

Того не зная, ринулись гурьбой.

Надеялись остановить парнишу!

Они не знали: Бог идёт домой,

И сделает их форму водяной

Из твёрдой. А ботинки втопчут в жижу.

Снежинок жалко всех. Одну не жалко:

Мою структуру поняла нахалка.

Расскажу, как гасил твой свет

Михаил Гундарин

ОКНО

Двадцать четыре. Ноль.

Время на новый лад.

Ты уже спишь. Позволь

бросить прощальный взгляд

издали на окно,

гаснущее всегда, но не для всех.

Одно

это уже беда!

Я-то попал в число,

знающих, в чём секрет,

я-то и сам назло

прочим

гасил твой свет.

Владимир Буев

Всем расскажу сейчас,

как я гасил твой свет.

Полностью без прикрас

я разглашу секрет,

что в темноте потом

было у нас с тобой

и кто затем тайком

хлынул к тебе рекой.

Всё расскажу другим,

будет им несть числа.

Пусть тебя съест Гольфстрим,

коль под других легла.