Стометровка

От слова Молдаванин. – Пришлось сказать и ему.

Сначала он был безразличен. Давал разные советы, но так, как будто со стороны. Потом предложил помочь.

– Так, чисто символически, – сказал он. – Мне не надо денег. Чисто символически, за кабак.

У Та покраснели уши. Она поняла, что влипла, как дура. Надо было выпутываться.

– Мне завтра на работу. Я поеду домой.

– Ты говорила, у тебя выходной, – сказал Оловянный.

– Я этого никогда не говорила.

– Если она хочет домой – пусть едет, – сказал Нерон. И добавил: – Нам больше достанется.

 – Он так сказал, хотя знал, что сегодня они никуда не пойдут. Просто узнают, в каком номере остановился:

– Этот парень. – А это было просто. Все, кто там работал администраторами, были ему знакомы. Хотя все больше народу могли бы стать свидетелями, если бы вышла осечка.

Мо так и сказал:

– Чем дальше, тем очевиднее, что это очень опасное дело. – И добавил: – Я буду спать, завтра мне-то действительно на работу.

Далее, квартира Та.

Она села, вздохнула, и прилегала.

Но тут же встала, и выпила рюмку коньяку. Что делать с этими покойниками?

– Я не могу спасть с ними в одном доме. – Она подошла сначала к Сильвио. Помахала ладонью перед его ртом. Как будто так можно было уловить ветерок дыхания. Ей показалось, что ветерок есть. Она помахала еще раз, но теперь ей показалось, что дыхания нет. Ну, нет, значит, нет. Покойник. Едва она подошла к Леньке, как тот схватил ее. Схватил за шею и… и начал целовать в засос. Как Осьминог. Она упиралась руками в его грудь, но этой силы не хватало, чтобы оторваться от этого головоногого моллюска.

Тогда она залезла на него, и уперлась коленями в грудь. Мало. И тогда она завела пятки под его подбородок, и рванулась изо всех сил. Ленька вынужден был отпустить свою жертву. Вот только я не понимаю, как ей удалось завести пятки под подбородок. А с другой стороны, что здесь уж такого удивительного? Маркиз де Сад описывал случаи и более невозможные. Для человека, можно сказать, вообще не реальные. Однако как-то это у него получалось.

Ленька встал, пошатнулся и, как ни в чем не бывало, попросил растереть ему плечо и затылок.

– У меня только коньяк, – сказала, заикаясь Та. Потом немного отдышалась и добавила:

– Самогонка есть.

– Лучше коньяк, – сказал Ленька, ощупывая шишку на затылке.

– Обойдетесь самогонкой, – сказала Та, оправившись после первого поцелуя этого монстра.

Тем менее, он выпил и коньяк, и растер себе шею самогонкой.