В четыре сорок из ЛЮБЕРЕЦ

– Когда второй человек полез в ваш зубастый сейф, Клык держал створки ломом, – сказал Бабка, – но не удержал. – Три человека держали, чтобы, наконец, взять папку с документами.

– Зачем лазите по моему дому? – раздраженно спросил Александр Демьянович Серов.

– Это наша работа, – сказал просто Бабка. – Значит, вы ждете звонка?

– Нет, – Серов закурил сигару, – не жду.

– Ну, вы бросьте, бросьте, мы все знаем. – Дайте и мне сигару. Бабка протянул руку.

Серов взял из коробки сигару и двумя пальцами передал назад.

– Я бы мог сам взять из коробки? – сказал Бабка.

– Он боится, что мы возьмем лишнего, – сказал Клык.

– Какого еще лишнего? черт бы вас побрал.

– Да что с ним говорить, – Клык махнул рукой.

– Дайте сигару моему товарищу, – сказал Бабка, – неужели так трудно понять элементарные правила приличия?

Банкир взял из коробки еще одну сигару и передал ее назад. Потом не удержался и посмотрел на часы. Оставалось пять минут.

– Понятно, – сказал Бабка затягиваясь.

 – Кхе, кхе, кхе, – он закашлялся.

– Плебеи, вам бы Приму курить, а не гаванские сигары, – сказал раздраженно банкир.

– Понятно, – опять сказал Бабка, вы сами должны позвонить в Гонконг. Когда? – он взглянул на свои часы фирмы Ориент. – Без пяти двенадцать. В двенадцать, что ли?

Банкир промолчал.

– А вы понимаете, что вы нарушили договор с серьезными людьми. Вы понимаете, что сейчас будет? Фьючерсную сделку надо было заключать с расчетом завтра, а не сегодня. Потому что сегодня курс акций будет восемнадцать долларов за десяток, а завтра двадцать пять.

Подвожу итог: сегодня вы проигрываете пятьдесят миллионов и за завтра потеряете сто двадцать пять миллионов, то есть сто семьдесят пять. Десять процентов ваши, а остальные будут наши.

– Значит, ты должен, брат, – сказал Клык, – сто пятьдесят семь с половиной миллионов долларов.

– Где ты считать научился? – спросил спокойно банкир. – В школу, наверно, не ходил. – И продолжал: – А если вы, ну или ваши там начальники, как их там? меня обманули.

Вы понимаете, что сейчас будет? Если я сейчас позвоню и окажется, что пакет из десяти акций стоит двадцать пять долларов, а завтра акции опять упадут – и может быть, даже ниже двадцати – то, значит, я выиграл. А мог бы проиграть. Если будет как я рассчитал, выходит вы хотели меня полностью разорить. Ведь сумма денег, которыми я имею возможность распоряжаться всего пятьдесят миллионов долларов. Пятьдесят, а не пятьсот.