Последний атаман Ермака

Завтракали по очереди, сменяя друг друга на сооружении петлевых ловушек для всадников и на рытье защитного возвышения для стрельбы лежа, не подставлять же себя под тучи татарских стрел в открытую. Ели жареное мясо вечером освежеванных баранов, а тут и предостерегающий крик от караульных казаков:

– Татары у леса объявились! Вона, их передовые разъезды!

Мещеряк подал знак казакам укрыться за насыпным небольшим валом, замаскированным свежесорванными пучками травы и густо утыканными нарубленными ветками клена, так что издали они походили на обычные кусты.

– Пущай думают, что мы на челнах приплыли к мысу и на челнах же уплыли в Кашлык, – сказал Матвей казакам. – Передних, кто ежели подойдет для досмотра брошенной ставки, ближе к веревочным заграждениям не подпускать, чтобы заранее не обнаружили. Нам надо вызвать на себя конную атаку, а по гуще и промахнуться грешно будет! – Он посмотрел на посветлевший восточный небосклон, порадовался, что хмурые тучи к утру рассеялись, разновеликими кучками ушли на запад, за Каменный Пояс, а, стало быть, дождя не будет и стрельбе из пищалей не помешает.

Первый дозорный отряд в полста всадников отделился от конного войска, которое осталось на опушке, в расстоянии около версты, и легкой рысью начал приближаться к Саусканскому мысу. Этот мыс имел удобную для обороны позицию – за спиной иртышская круча, по бокам два довольно глубоких оврага, и только с востока открытое ровное поле, поросшее редким кустарником и высоким, до конского живота разнотравьем с тьмой трескучих кузнечиков, бесшумных бабочек и трудолюбивых пчел.

– Спокойно, братцы! Когда татары поравняются вон с теми соседними березками, стрелять десятками, начиная с левого края! Опять же, чтобы в одного не попали две-три пули! – Мещеряк следил внимательно за приближением врага, который, похоже, не очень-то надеялся найти ставку совсем пустой, а потому приближался с бережением. – И эти нехристи пойдут в зачет нашей кары за казаков Ивана Кольцо!

Нестройной лавой татары все же довольно быстро достигли намеченного расстояния, и атаман вскинул руку, громко дал знак голосом:

– Первый десяток – пали!

Князь Карача, посылая для осмотра покинутой ставки небольшой отряд, должно быть, надеялся, что казаки, сделав мстительный налет, покинули Саусканский мыс, и он теперь сможет найти тела своих убитых сыновей, если только они не оказались ранеными и теперь пребывают в плену у Ермака.