Последний атаман Ермака

Последний атаман Ермака

Владимир Иванович Буртовой

Сибириада

Безрадостно закончилась Ливонская война, но не сломлен дух казацкой дружины. Атаман Ермак Тимофеевич держит путь на восток, за Волгу-матушку и Каменный Пояс, идет на сибирского хана Кучума. Труден и непроторен этот путь, кругом поджидает опасность: в темных дремучих лесах, в глухих болотах, в аулах сибирских татар и в полноводном Иртыше… Но где же притаился главный враг: в далеких мрачных покоях царя Иоанна Грозного, впереди в лихой сече или среди верных боевых товарищей?.

Владимир Иванович Буртовой

Последний атаман Ермака

Раисе Филипповне, заботливой жене и верному другу, с благодарностью посвящаю эту книгу

…В тени сырой. Два камня тут,

Увязши в землю, из травы

Являют серые главы:

Под ними спит последним сном…

Забыт славянскою страной,

Свободы витязь молодой.

    М. Лермонтов.

    Последний сын вольности

Когда такой герой будет жить вновь?

    Д.

Часть первая

Глава I. Тяжкое зимование

По ранней весне в голых еще ветвях дебрей Карачина острова, с зимней стужи толком не отогревшись, надрывно каркало черное воронье.

Широким размахом заступа атаман Ермак швырнул ком сырой земли на вершину черного могильного холма, ком рассыпался и неровными кусками покатился вниз, застряв где-то на середине, в двух саженях от ног стоящих вокруг удрученных горем голодных казаков.

– Упокой, Господь, души мятежных людей, чья жизнь протекала в лишениях, в боях с набеглыми крымскими татарами да сибирскими, с ногайцами, с извечными завистниками Руси поляками, литвой да шведами. Во многих сражениях побывали вы, мои верные побратимы, а сгибли в одну зиму, не от сабли, не от стрелы кучумовского воина, а как выбитые с подворья камнями в лютую зиму бездомные собаки! Прощайте, братцы-казаки, прощайте и вы, ратные товарищи-стрельцы! Великий грех и божья кара за ваши невинно погубленные души тяжким проклятием падет на тех, кто снаряжал вас в трудный сибирский поход, словно на царскую охоту, с тремя сухарями за пазухой.