Державы верные сыны

Платов, глядя в глаза побледневшему приятелю, прямо сказал:

– Ну что, Степан? Прозевали ворога! Обдурил нас Девлетка!

– Без едисан он не смог бы обложить. Они ему донесли!

– Будем бой принимать. Обороняться, пока не подойдет Бухвостов. Да и у Мамбета сотни три конницы.

– Может, татар не так много, как показалось твоему сотнику?

– Скоро увидим. А пока давай рыть окопы и вал насыпать, а фуры с зерном и мукой заградой ставить. Навроде – «гуляй-города». Всех лошадей впрячь в телеги и окружить ими наши позиции.

– Тогда давай вагенбург[29 - Вагенбург (устар.) – полевое укрепление.] сей ставить ближе к берегу. Оттуда они не подступятся. Да вперед выдвигать единорог, чтоб картечью бил. Жаль, пушка одна, – посетовал Ларионов и, вздохнув, первым вышел к сосредоточенно умолкнувшим офицерам.

Рассвело. И казакам, строящим из телег и фур оборонительный редут, открылись степные дали. А на расстоянии двух вёрст – турецко-татарское воинство, неоглядная стена всадников, пестреющая одеждами и флагами.

Они располагались на длинном косогоре, с южной стороны. Издалека доносились гортанные возгласы и ржание лошадей. Построение неприятеля тянулось и западнее, на взгорье, подковой охватывая лагерь казаков и становище едисан.

Полки готовились к бою. Казаки, понимая, что смертынька рядом, поглядывали на урядников и сотников в надежде: есть ли выход? Те – на есаулов, выполняющих приказы полковников. А Платов и Ларионов? Оба были хладнокровны, в приказах требовательны и точны; чаще, чем обычно, пошучивали.

Лица – мужественны и спокойны. Самообладание и боевой дух командиров передались, как по цепочке, в обратном направлении! И это перед сражением сплотило ратников одной, стальной волей…

Наконец, сев на коня, Платов взял подзорную трубу. Долго и пристально озирал окрестность. Тем временем неприятель стал медленно приближаться. Платов опустил диковинное заморское приспособление и кликнул добровольцев-казаков.

Одного, рослого, он не знал, а вторым оказался Иван Плёткин.

– Вот что, братцы! – строго обратился полковник. – Сейчас я вышлю вперед небольшой сикурс[30 - Сикурс (устар.) – отряд.], чтобы отвлечь турок. А вы возьмите самых резвых лошадей, от моего имени, и гоните их на запад, к отряду Бухвостова. Расскажите, что мы в осаде. Дескать, Платов и Ларионов просят подмоги! Правьте по балке, чтобы от стрел укрыться.