Матросские досуги (сборник)

Условились, чтобы во время субботней всенощной, которую служил на судне пленный же священник наш, при словах службы: «Дерзайте убо» – бросить вдруг весла (шли на гребле, а пленников русских посадили в весла); при словах же: «Дерзайте, люди Божия» – каждым двоим русским схватить по шведу, и если который из них станет противиться, то выкинуть его за борт.

Сказано – сделано. Шведы не успели опомниться, ничего не ожидая, как вдруг все были схвачены и перевязаны. Князь Яков Федорович сам бросился на шкипера и, приставив ему нож к груди, закричал: «Если хочешь быть жив, то вези нас домой – в Кронштадт или Ревель![5 - Ныне город Таллин.

Шкиперу надо было повиноваться, хотя дело было не совсем легко исполнить. Шкуна эта назначена была только для берегового плавания, и на ней не было ни карт, ни сведущего или бывалого морехода. Но удача была на нашей стороне. Дошедши благополучно до острова Дакто, князь Долгорукий рассудил отпустить шведов, кроме одного только шкипера, и оттуда отправился и прибыл 19 июня 1711 года на пленной шкуне в Ревель.

Государь обнял старика князя со слезами радости и, называя спасение его чудесным, взыскал его милостями своими и вскоре пожаловал ему две дворцовые волости в вотчину.

Первый поход

Двунадесятые[6 - То есть двенадцатые.] годы у нас будто роковые: 1612-й памятен освобождением Москвы от сильных в то время ляхов с Литвою; 1812-й помним мы все сами – это французский, или наполеоновский, год; а в 1712 году государь Петр Великий выслал впервые созданный им корабельный флот русский на Балтийское море против неприятеля.

У нас было уже построено и спущено в Кронштадте, Петербурге и Архангельске несколько кораблей и фрегатов, другие куплены в Англии, Голландии. Шла война со шведом, но еще молоды были морские силы наши: ни искусных командиров и офицеров, ни опытных экипажей. «Надо учиться, – говаривал государь, – пусть нас побьют – выучимся бить других».

Доселе флот оберегал только наши берега. Летом 1712 года, когда государь был в Дании, замышлял высадку на остров Руген и склонял датчан к себе на помощь, первый вице-адмирал наш, Крюйс, стоял у Кронштадта с эскадрой. В ней было три корабля, два фрегата, две шнявы, одна бомбарда, шесть бригантин и двенадцать галер.

У Толбухина маяка показались два неприятельских корабля и одна шнява.