Ошибка Конан Дойла

Надев их, Виктор вышел на улицу и пошёл на работу, стараясь ни с кем не встречаться, в том числе с Акимом. «Гад Аким! – думал Виктор. – А ведь могли и убить! Что теперь делать? Как вернуть деньги?»

Жена оказалась умнее, чем Виктор всегда думал.

– Раз Аким хотел убить тебя… – как-то неожиданно сказала она.

– Чего? – прервал её Виктор. – У него и в мыслях не было.

– Не ври! Я не глупая!.. Так вот, твой двоюродный брат пришёл из тюрьмы, отсидел за кражу козы два года. А ты скажи Акиму, что он отсидел за убийство, и если он не отдаст деньги, то ему будет каюк.

– Думаешь, он испугается?

– Думаю, да… Скажешь?

– Ладно, скажу.

На другой день Виктор подошёл к Акиму:

– Короче, если не отдашь деньги, я брату своему всё расскажу. Будь уверен, лежать тебе в больнице на койке.

– Не грози! – ответил Аким.

– Я не грожу! Это просто информация, чтоб ты знал. Принести тебе справку об его освобождении? Ему человека убить – раз плюнуть!

Аким стоял, широко расставив ноги, и, набычившись, смотрел ему в след.

«А ведь может и грохнуть, – думал он. – Собака, загнанная в угол, опаснее всех…»

Дома Виктор сказал жене:

– Напугал я Акима, чуть в штаны не наложил.

– Дай-то Бог, – вздохнула она.

На другой день Виктор пошёл к брату Ваське. Тот встретил его удивлённым взглядом, стоя в дверях дома:

– Братан! Каким ветром?

– Да шёл мимо, бутылец прихватил в магазине. Один пить не люблю, дай, думаю, зайду. Много лет не виделись.

– Так уж и много! Всего-то три Пасхи и три Рождества, – сострил Васька, пропуская Виктора в дом.

На столе появились стаканы, сало, лук, картошка. Водка забулькала в стаканы…

Виктор начал издалека:

– Расскажи, как там, в тюряге?

– Наливай ещё!

Виктор налил по половине стакана – продлил удовольствие. Выпили… Васька рванул зубами сало и с набитым ртом стал рассказывать:

– Там, брат, свои законы. Меня в предвариловке научили: «Когда зайдёшь в камеру, тебя спросят: «Кто ты по жизни?» Ты ответишь: «Мужик». А если они борзеть будут, бросят тебе под ноги полотенце, не поднимай, вытри ноги и иди.

А если испытание будут делать, мол, с завязанными глазами унюхай, чем пахнет, глаза тебе завяжут, а какой-нибудь засранец штаны снимет и станет к тебе задом, ты на этот случай возьми булавку и незаметно в рот её сунь. Когда он задом коснётся твоего носа, ты булавкой его уколи, тогда будешь не ты осмеян, а он».

– И ты что, сделал так?

– Да они и без булавки определили, что я мужик.