Амиго, мачо, сеньорита…

 – Ни во что я не влип, мама!

– Тогда откуда они у тебя? – строго потребовала ответа Анастасия Анатольевна. – В долги влез? Забери назад! Не нужны мне твои деньги, – потрясая в воздухе купюрами, приказала она. – Нам с Лизкой на жизнь вполне хватает.

– Мама! Я жильцов пустил! – не выдержав взыскующего взгляда матери, «раскололся» Геша.

– Жильцов?! Ты?! – поразилась Лиза.

Уж она-то знала, насколько несовместимы такие понятия, как «жильцы» и «Геша».

– Действительно! – не преминула согласиться с дочерью Анастасия Анатольевна.

– Клянусь, мама! – заверил Геша и далее уже понес, по мнению близких, полную чепуху – они уставились на него в совершенном изумлении: – Я вчера с ними на Московском вокзале познакомился, когда от Ники уезжал. Хорошие такие ребята – парень и девушка, из Алма-Аты. Они месяц у меня поживут, хорошо заплатили.

Вдруг поняв, что он не врет (да разве Геша когда-нибудь позволял себе подобное по отношению к матери?), они обе с тем же изумлением переглянулись друг с другом.

Геша, вдруг осерчав, протиснулся между ними:

– Да ну вас! – и быстрым шагом направился прочь из рекреации, так и оставив мать с деньгами в руках.

– Да обожди же ты! – едва успела крикнуть она ему вслед, а когда силуэт сына исчез за откосом стены коридора, сокрушенно взглянула на дочь: – Вот до сих пор никак понять не могу – кто из вас мне больше хлопот доставляет?

Лиза, у которой, видимо, по части таких хлопот и у самой, как говорится, «рыльце в пушку было», предпочла оставить вопрос без ответа.

Глава 12

Неисповедимый путь воина

Здесь, наверное, имеет смысл несколько подробнее остановиться на личности и судьбе Геши, так как автор полагает (и, возможно, не без оснований), что его образ способен вызвать некоторое недоумение читателя.

Отец Геши покинул их семью вскоре после рождения Лизы – то есть, довольно давно, и теперь жил где-то в Колпино, где у него еще тогда появилась и другая жена, и другие дети.