Княжна-цыганка

В глазах у Мери стояла зимняя ледяная ночь, малиновые угли гаснущего костра, Сенькины глаза напротив, слышался его негромкий голос: «А комроты у нас был товарищ Рябченко… Вот тоже человек стоящий, не поверишь! Я ни разу не слыхал, чтоб он на кого матом ругался! У нас в роте того не было, как в других… Вот клянусь тебе, по домам шляться, грабить он никому не давал! И если баб хватать будете, говорил, сам расстреляю на месте, сволочей, Красную армию позорите! А меня он в два дня шашкой рубать выучил, а я до этого той шашки и в руках не держал! Кабы не он – в первой же атаке положили б… Еще все хотел меня грамоте научить, даже буквы успел показать… А то, говорил, конокрад несознательный, так и помрешь в потемках, не разберешься, какая кругом жизнь начинается! Прав был человек… ни черта я так и не понял!»

За спиной послышался шорох.

– Все так же, тетя Настя, – не оборачиваясь, сказала Мери. Но юбка прошуршала совсем близко, и, скосив глаза, изумленная княжна увидела, что рядом на перину садится Дина.

– Ну, как? – коротко спросила она.

– Плохо, – шепотом отозвалась Мери. – Думаю, что к утру – все… Чем я помогу? Ни медикаментов, ни наркоза… Йода – и того нет! Бинтов из тряпок нарвали вот…

– Пуля застряла?

– Да…

– Надо бы вытащить… – Дина умолкла на полуслове.

Взволнованная голосом подруги Мери тщетно пыталась в темноте заглянуть в ее лицо. Но Дина, ничего больше не говоря, развернула на коленях небольшой сверток.

– Что это? – изумленно спросила Мери.

– Йод вот здесь, – мрачно отозвалась Дина.

– Но… откуда?! – всплеснула руками Мери. – Диночка! Дорогая моя, откуда же?!.

– В Рославле выменяла на папиросы. – Дина помолчала. – Так… на всякий случай. Подумала – может, в таборе кто заболеет, вдруг дети… – Отсвет костра снаружи упал на ее лицо, и Мери увидела, что подруга беззвучно, не вытирая слез, плачет. – Вот ведь как бог расположил… На этого… на это… все уйдет…

– Дина, какая же ты, в самом деле, умница! – Мери бережно взяла в руки бутылочку йода.

– Ай, какая теперь разница… – устало вздохнула Дина. – Давай уж я подержу, а ты делай. У тебя рука легкая… Подожди, света принесу.

Она вышла из шатра. Вернулась со сковородкой, полной углей, раздула их, и по крыльям шатра взобрался наверх красноватый свет. Тени склонившихся над раненым казались в нем огромными.