Смерть банкирши.

 – Там неплохой бар и много хороших, мягких диванов, где можно скоротать время до утра.

– Вам виднее, я не возражаю.

***

– Вставайте, вставайте, Павел.

Истерические вопли Юрия Петровича вырвали Павла из похмельного забытья.

. Голова его просто пульсировала болью, к горлу подступила тошнота, сознание возвращаться упорно не хотело. Единственным желанием было лежать и еще пить. Но поскольку жажда, казалось, высушившая все его нутро победила, Павел, постанывая, все же открыл глаза и даже сел.

– «Чего вы орете, как белый медведь в теплую погоду?» -Цитируя Ильфа и Петрова, простонал Павел – Есть что-нибудь попить?

В это время взгляд его, немножко сфокусировавшись, вырвал из полумрака сознания холодильник, стоящий прямо перед его диваном. Что-то подсказывала Павлу, что именно там, в холодном чреве этого белого монстра, есть то, что ему сейчас необходимо. Поднявшись на слабых, подрагивающих ногах он резко рванул дверцу и вот оно счастье. На полке стояли блоки баночного пива.

С трудом разорвав полиэтилен, Павел залпом выпил одну за другой две банки холодной, горьковато-терпкой жидкости и откинулся к спинке дивана. Фу, отлегло.

– Так что случилось-то, мой юный друг – Пока еще кисло улыбнулся Павел, глядя на своего товарища, застывшего в выжидании, когда он придет в себя.

– Кто-то Берту Эдуардовну ночью убил. Это не вы?

– Что ты несешь? Кто кого убил и кто такая Берта Эдуардовна? – Павел потянулся за следующей банкой пива, но вдруг вскочил как ошпаренный.

 – Как убили? Где? Когда? Откуда ты знаешь?

– Я пошел утром в спальню, а она там лежит и у нее в спине нож. Она мертва, Паша, мертва. Ее убили. Мне показалось в это время, что внизу хлопнула дверь. Я побежал вниз, но дверь закрыта, Паша. Она закрыта снаружи.

– Показывай где спальня. – Хмель как рукой сняло. То ли пиво помогло, а может, отрезвило то, что сообщил ему Вяземский.

***

– Стой на месте. – Поднял руку Павел, когда они вошли в полумрак спальной комнаты и внимательно осмотрелся.

Кровать была застелена. Это говорило о том, что хозяйка либо еще не собиралась ложиться, либо уже встала и застелила кровать. Сама же хозяйка лежала на полу вниз лицом. На ней был одет не домашний халат и не пижама, одежд была деловой, то есть темная юбка, туфли на низком каблуке и светлая блузка с ярко красным пятном на спине, из которого торчала рукоятка ножа.